Вовсе нет. Но бледное создание, которое уже три дня не покидало отель, не было той Ренатой, которую он желал. Возможно, со временем он сможет вернуть свет в ее глаза. Но если нет?

И все-таки он был человеком слова. Он женится на девушке и спасет ее, отца от разорения. Если она не обретет вновь свой буйный нрав, тогда он просто оставит ее в поместьях Иденуэрта, а сам продолжит странствовать по свету.

Он сморщился и знаком приказал подать еще стаканчик виски, а потом убедил бармена оставить на столе всю бутылку. Бармен окинул его ядовитым взглядом, в котором читалось отвращение. Впрочем, такими взглядами его награждали и другие жители городка. Что он такого сделал? Ничего. Совсем ничего.

– Ты и правда собираешься замуж за этого милашку-англичанина? – снова спросил Донни Бойль Ренату.

– Да, – просто, без эмоций ответила Рената. – Вы мне поможете? Я не успокоюсь, если буду думать, что Джейка повесят за то, чего он не делал. Что бы там ни было… но он не способен на убийство.

– Они с Кенни враждуют уже несколько лет, – скептически сказал Бойль, несмотря на то, что недавно защищал Джейка.

– Но это никогда не заходило так далеко, – выпалила Рената. – Почему же сейчас? Вы все так уверены, что Джейк способен на бессмысленное насилие… вы видели в нем когда-нибудь признаки этого? Что-нибудь другое, кроме его… злого взгляда?

– Джейк всегда легко пускал в ход свои кулаки. Но он никогда никого не убивал, это я знаю, – признался Донни.

Дженни Бойль накрыла рукой ладонь Ренаты.

– Что случилось? – спросила она таким теплым, материнским тоном, каким с Ренатой никогда не разговаривала мать. – Позволь нам помочь тебе.

Рената попыталась улыбнуться, но это был лишь слабый отблеск улыбки.

– Я понимаю, что веду себя ужасно, но я очень устала. – Она не могла сказать никому из них, что каждую ночь меняла материнские сорочки на хлопковую рубашку Джейка, но сон ее все равно был беспокойным и прерывистым. – От всего – от Джейка, пожара, моих родителей, лорда Иденуэрта… Как только Джейка оправдают, я сумею привести свою жизнь в порядок. Знаете, у Иденуэрта есть замок. – Она постаралась, чтобы голос ее звучал воодушевленно. – Огромный замок, ему триста или четыреста лет – это исторический заповедник, у меня будут сотни слуг, он обещал мне, что мы поедем в кругосветное путешествие. Разве это не чудесно?

Дженни Бойль слегка улыбнулась ей.

– Это звучит, как сон наяву. – Однако по ее голосу Рената поняла, что ей не удастся провести эту женщину.

Или кого бы то ни было другого. Зеркало говорило Ренате, что ее глаза стали тусклыми, щеки побледнели, и на них не было обычного румянца. Джейк все это забрал у нее, он унес и то, что она воспринимала как дар. Любовь. Надежду. Веру, что у нее всегда будет то, чего ей хочется больше всего на свете.

– Мы сделаем все, что в наших силах, – заверила Ренату Дженни Бойль. – Не знаю, станет ли нас слушать судья, но…

– Станет, – доверительно сказала Рената. – Вместе с моим отцом, со мной, Фелисией и Сильвией Коллинз…

– Что? – воскликнул Донни Бойль. Рената чуть улыбнулась.

– Никому не говорите. Шериф Коллинз не знает…

– Мы не скажем. А кто еще?

– Проповедник. Его жена. Школьная учительница, Алиса Кларк. – Рената перечислила свой короткий список. Самые уважаемые горожане Серебряной Долины согласились свидетельствовать в пользу Джейка. Все это само по себе было поразительно и являлось делом рук Ренаты.