27

— Опять развлекался?

— Что?..

— Ну, у тебя на рубашке кровь, а брюки воняют пивом. Наверное, неплохо повеселился.

Он приоткрыл глаза и тотчас же их снова закрыл. Нет, сейчас он не готов любоваться ехидной натянутой улыбкой Аниты. Тело затекло. Диван был слишком коротким, и вытянуться было невозможно. Всю ночь он пролежал, скрючившись, а теперь чувствовал, что мышцы шеи затвердели.

— Я трезв, как стеклышко, — выдавил он, пытаясь привстать.

— И ты довольно смешно показываешь это.

— Мне нужно поговорить с Рюстеном.

— Он наверняка обрадуется.

— А который час?

— Почти девять.

— А, черт!

Он пошел в душ. Анита, похоже, не сердилась и не обижалась, просто хотела пошутить. Это хороший знак. Они часто были грубоватыми друг с дружкой, даже в хорошие дни. Оба боялись чрезмерного проявления чувств. У Аниты было достаточно времени обдумать сцену в баре. И возможно, она остыла.

— Я сварила кофе! — крикнула она, когда он одевался.

— А ты не идешь на работу? — Стоя в дверях, он прихлебывал горячий кофе, пытаясь отыскать глазами мобильник.

— У меня отгул. Хотела сделать несколько звонков из дома. Выяснить кое-что о Лив Марит Скард. К тому же погода сегодня дерьмовая.

— Я видел Лив Марит Скард вчера вечером. В баре «Виктория».

— Ух ты! Надеюсь, это не она с тобой сотворила такое? — Анита кивнула в сторону гостиной, где на полу валялась куча его вчерашней испачканной одежды. Намек Аниты был более чем ясным — на рубашке виднелись пятна крови, а запах пива был просто невыносимым.

— И она была там вместе с Агнаром И. Скардом.

— Ты уверен?

— Я же знаю Агнара Скарда. И знаю, что это был он. И почти уверен, что с ним была именно она.

— По-твоему, для Агнара И. Скарда настали тяжелые времена?

— Определенно. В гостиничном номере, куда они заселились, мы нашли пятна крови.

— То есть это ты нашел пятна крови?

— Успокойся, я старался не светиться.

— И очень оригинальным способом… — Она многозначительно посмотрела на испачканную одежду.

Валманн вкратце пересказал ей, что случилось в баре «Виктория», а потом отыскал наконец мобильник — тот лежал в кармане брюк. Затем он позвонил Рюстену.

— Так-так, вот и наш частный сыщик, — раздался в трубке голос Рюстена.

— Да, Соколиный Глаз не дремлет. Извини, что потревожил тебя.

— Ничего страшного. Но птички уже улетели. И никто не отвечает по тому номеру, который указан как номер Скарда.

— Его хозяева в отпуске. А мобильного у него нет. Нельзя ли просто войти к нему в квартиру?

— На каком основании? Потому что ты видел его вместе с женщиной, которую ты — отстраненный от дела — считаешь, возможно, его пропавшей женой, которая, возможно, на протяжении пяти лет вынашивала планы мести за то, что он ее мучил?

— Ясно, ясно…

— На эту женщину у нас ничего нет, кроме необоснованных подозрений.

— А под каким именем она зарегистрировалась в гостинице?

— Ева Боль.

— Ага!

— Ага?..

— Ева Боль — это новое имя Лив Марит Скард, под которым она скрывалась в кризисном центре.