Из груди вырвался тяжелый вздох.

— А нет краткого курса? — с надеждой в голосе, спросил я.

— Что вы! В таком деле нельзя сокращать. Важно — все! А, совсем забыл, — он подошел к столу и вытащил еще две коробки поменьше, — тут дополнительные пояснения.

Лерчик, глядя на это, нервно икнул. А мне захотелось спрятать лицо в ладонях и захохотать. Но я мужественно сдержался! Порой собственная сила воли меня поражала.

— Пап, а это не запрещено? Держать такие вещи дома? — Лерчик по всю уже листал «Историю магии».

— Запрещено, конечно, — улыбнулся Игнат Филиппович, — но я же ведущий исследователь. Леруш, твой папка не последний человек в нашем центре! У меня в подчинении, между прочим, три группы самых известных ученых-теоретиков! В следующем году обещали уже пять.

— Когда это ты успел?

— Меня назначили год и месяц назад. Я же тебе приглашение выслал, — обиженно добавил он и вдруг просиял. — Кстати! У нас же скоро прием открытый намечается. В музей передают очень важные свитки, да и не только. Тоже по магии. Прием, так сказать, для друзей. Вы можете пойти со мной. Хотите?

— Спрашиваете еще! — улыбнулся я. — Конечно! В нашей работе такие встречи очень важны.

— Не уверен, пап. Там у вас скучно, что можно уснуть, — неуверенно начал Лерчик, но я тут же пихнул его по ботинку. — Но мы с радостью примем твое предложение.

Сказал и ожог меня взглядом. Какие мы нежные, а!

— Игнат Филиппович, — начал я, — чувствую, что это еще не все, что вы можете показать. Наверное, есть и общие схемы работы с магией?

Я действовал наугад. В этом кабинете столько книг, что-то да пригодится.

— Признайтесь, вы умеете читать мысли! — хохотнул Субботин старший. — Хотя о такой способности я и не слышал. Есть у меня интересная заметка…

Он прошелся взглядом по стеллажам и разбросанным везде книгам.

— Где же она? — бормотал он. — Недавно ж видел… А, вспомнил!

Игнат Филиппович рванул к окну и вытащил из-под цветочного горшка мятую папку. Мои брови взлетели — это он так хранит важную информацию⁈

— Тут выдержка из заметок одного слуги. Он был так восхищен своим хозяином, что фиксировал каждое его действие с магией. По-моему, полная ерунда. Парень был сумасшедшим, не меньше. Иначе, зачем описывать, сколько раз маг стриг ногти⁈

С затаенной надеждой я принял из его рук папку и смахнул с нее пыль. Возможно, это и есть те самые сведения, которых мне так отчаянно не хватало!

Я открыл первую страницу и погрузился в чтение.

«Жизнеописание его величества мага Альфреда Бурегрозого».

Хорошенькое начало, ничего не скажешь. Судя по имени, маг был стихийником и управлял погодой.

— А есть хотя бы список способностей магов? — я поднял глаза на Игната Филипповича.

— Неполный, — скривился он, ему, видимо, неприятно было что-то не знать, — Чаще всего встречаются природные маги. Все остальное — по пальцам посчитать можно. В «Известных магов» есть упоминая об этом.

Он плюхнулся на стопку книг и начал перечислять:

— Пространственные, маги света и тьмы, или по-другому говоря, жизни и смерти, а также материи и разума.

— А к чему бы вы отнесли, к примеру, магию времени? — с невинным взглядом спросил я.

— К пространственной, конечно. Все, что этим самым пространством связано, сюда подходит. Говорят, даже перемещение предметов возможно. Я встречал пару упоминаний.

— Откуда же эти маги берутся-то, — задумчиво спросил я, глядя на стеллаж за спиной Субботина старшего.