До восьми часов оставалась ещё чёртова прорва времени, но куковать здесь и дальше не было никакого смысла. Обычное фотоателье. Если тут и обстряпывают тёмные делишки, с наскоку этого не выявить, а брать в серьёзную разработку нет оснований. Ну да это не моя головная боль. Мне бы Вику сестрице сдать…

И тут я вспомнил о вечерней тренировке.

Зараза!

— А у вас ещё и кино показывают? — послышался вдруг удивлённый голос Вики. — Как интересно!

Я встрепенулся и обнаружил, что двое хмурых грузчиков катят на тележке кинопроектор.

Молодой человек за конторкой ослепительно улыбнулся.

— Мы снимаем домашние торжества и устраиваем для заказчиков предварительные просмотры.

— А это… — указал я на кинопроектор, намеренно не став оканчивать фразу.

— Сдали в аренду, — пояснил молодой человек, закончил щёлкать счётами и озвучил сумму.

Та нисколько не порадовала, но Вика опередила меня и выудила из сумочки кошелёк.

— Сама заплачу! — объявила она. — И не спорь!

Честно говоря, и не собирался.

Грузчики подкатили тележку с проектором к стоявшему перед ателье фургону, а мы вернулись на бульвар. Было по-летнему тепло, так что я угостил спутницу мороженым, а себе взял газированной воды без сиропа.

Мимо под речовки о неизбежности построения социализма прошествовала колонна скаутов, прохожие встречали их одобрительным свистом и слаженными хлопками. Мы пропустили шествие и, болтая о всякой ерунде, дошли до главного корпуса, где я оказался вынужден вновь провести Вику на территорию студгородка.

Отвязаться от неё не было никаких шансов, вот и взял с собой на тренировку. Вроде — ничего такого, но болела за меня Вика столь активно, что парни то и дело покатывались со смеху. Ещё и отпросился на десять минут, чтобы отвести барышню на проходную и сдать с рук на руки старшей сестре.

Когда вернулся обратно, Карл уже успел куда-то умотать, и узнать, как у него обстоят дела на личном фронте, не вышло. Зато меня дождались Жёлудь и Брак.

— Полная неопределённость! — объявил я, возвращая Сергею его десятку.

Вердикт товарищей нисколько не порадовал, я вкратце рассказал о своём походе в фотоателье и развёл руками:

— Ну а чего вы хотели? Чуда?

— Да ну тебя! — отмахнулся Митя и посмотрел на коллегу по дисциплинарному комитету. — Ну что — в душ и обратно протоколы кропать? Успеем ещё поработать до рейда?

Тот взглянул на часы и кивнул.

— Успеем.

— Что за рейд? — поинтересовался я.

Парни досадливо переглянулись.

— Аморальщину искоренять будем, — пояснил Митя и пихнул в бок товарища. — Серёженька перед проректоршей выслуживается.

— Ты чего⁈ — возмутился тот. — А с кого потом за игнорирование сигналов о шуме в ночное время спросят? Соседи уже в милицию жалуются!

— Так и надо вызвать для разъяснительной беседы! Рейд-то зачем устраивать?

Сергей Брак раздражённо засопел.

— А он в отказ пойдёт, и что тогда? И даже если нет, Сева точно такой протокол завернёт! Потребует всех фигурантов установить, а как ты их потом установишь, чудак?

— Да бюрократы вы и формалисты оба-двое! — не остался в долгу Жёлудь.

Собачились они как-то без огонька, поэтому я сделал им ручкой и поспешил домой. Не застал там ни Миши, ни Милены, а поскольку заниматься готовкой нисколько не хотелось, просто налил себе чаю и соорудил пару бутербродов с вареньем. Сел прямо на кухне с учебником по физике и оторвался от него, лишь когда за окном начало темнеть.

Щёлкнул замок входной двери, я выглянул в коридор и обнаружил, что это вернулась со смены Милена. Она начала разбирать купленные по дороге домой продукты, а я вымыл за собой кружку, взял со стола учебник и заметил:

— Чего-то Миша сегодня припозднился.