— Нет, — я прислонился к стене и сделал глоток чая.

— Но почему?

— Во-первых, нельзя кого-то бить возле своего логова, а иначе на нас выйдут охотники, и придется бежать.

— А во-вторых?

— Во-вторых, они нам не враги.

— Но они же чурки! — парень удивился.

Перед моим мысленным взором промелькнули лица тех кавказцев, которые воевали вместе со мной против оккупантов, были и такие. А потом я вспомнил как за год до возвращения в Екатеринбург, где прежний Егор Нестеров нашел свой конец, несколько недель отсиживался на Кавказе. Трудные времена были, и тогда я много общался с уважаемыми людьми Цунтинского района (есть такой в Дагестане на границе с Грузией). Народ в доме старого Рустама, который приютил меня по просьбе своего родича Маги Исмаилова, собирался разный, и многие из этих людей не любили русских. Да что там, искренне ненавидели нас и в свое время состояли в бандформированиях, которые воевали с федералами. Однако меня не сдали, а позже даже помогли пробраться к Каспийскому морю. Но суть не в этом. Самым главным для меня было то, что я увидел, как и чем живут реальные горцы и смог услышать мнение людей, которые не уехали в Россию за легкой жизнью, а остались дома, возле могил предков.

Поэтому я посмотрел на Эдика и покачал головой:

— Повторяю, они нам не враги.

— Кавказцы и не враги!? — он слегка отшатнулся от меня.

— Да, — подтвердил я.

— Объяснись, — Шмаков набычился.

— Без проблем, — я отхлебнул чай и продолжил: — Мигранты с Кавказа, Средней Азии и Китая это только следствие той подлой политики, которую ведут наши реальные противники, жиды из Кремля. Цель этих мразей создать общечеловеков — людей без роду и племени, которыми легко управлять. По этой причине они сталкивают лбами народы и смешивают их в гигантских плавильных котлах, таких как Москва и Питер. Думаешь, старики на Кавказе рады тому, что молодежь уезжает в Россию?

— Думаю, что да.

— Ты ошибаешься. Умные люди в горах понимают, что Россия это большая ловушка для их соотечественников и если поначалу, отсылая молодежь на учебу, главы семейств улыбались, то теперь все наоборот. В горах после развала Советского союза нормальной работы нет, а та, что имеется, не приносит хорошего дохода. Поэтому молодежь после учебы в институтах назад не возвращается — это редкость, ведь никому не охота баранов пасти, стричь шерсть и овец доить, слишком хлопотно это, а доход минимальный. Гораздо проще жить в России, мало работать и много получать, особенно если диаспора помогает. Но, оставаясь здесь, гости с Кавказа отрываются от корней. Со временем они забывают родной язык, обычаи, могилы дедов и ту землю, которая их вскормила. И если первое поколение еще что-то соображает и держится за счет религии, то второе уже превращается в быдло-россиян. Запомни, не русских, а именно россиян. Перед глазами таких людей только деньги, карьера, понты и жажда наживы, а то, что в родном ауле хлипкая мечеть заваливается, и старики свой век в не самых лучших условиях доживают, мало кого волнует.

— Во, бля! — Шмаков хлопнул в ладоши и усмехнулся. — Ты этих овцеебов так расписал, словно они пострадавшие.

— Именно, Эдик. Они такие же пострадавшие, как и мы с тобой, как и все граждане бывшего СССР. Предатели специально разрушили экономику великой державы и разорвали нашу страну на части. А теперь они управляют финансовыми и людскими потоками внутри того государства, которое все еще под их властью, стравливают нас, словно бойцовых псов, и с высоты наблюдают за нами. Им интересно, кто же победит. Так что если бы не было кавказцев с азиатами, то они бы завезли других чужаков, индусов там или иракцев.