— Чего смотреть? — Паша поморщился. — Типичная крыса. Прижать его, наши деньги вернуть и пинков надавать.

— Не думаю, что все так просто, — я покачал головой и кивнул на ноутбук, который лежал рядом. — Я тут посмотрел, что это за птица, и пришел к выводу, что он не сам по себе. Чтобы получить доступ к складу просроченных медикаментов, лапа наверху нужна и прикрытие со стороны полиции или бандитов, что, в принципе, практически, одно и то же. Так что сначала надо осмотреться.

— Не спорю, командир ты, — Гоман приподнялся, посмотрел на исчерканный листок бумаги и спросил: — Это что?

— Схема той организации, к созданию которой мы будем стремиться.

— Расшифруешь?

— Запросто. Внешний круг боевые ударные и разведывательно-диверсионные группы — наши кулаки. Следующий круг территориальное командование — на нем непосредственное руководство группами, которые могут объединяться в отряды. Третий круг координационные центры — уровень полковников, которые возьмут на себя управление несколькими отрядами. А в центре главный лидер и его штаб, которому подчиняется вся организация, отряды, отделы и службы. Ф — финансы, Р — разведка, КР — контрразведка, ПО — планирование операций, В — вооружение, СП — стратегическое планирование, СТ — служба тыла, М — медицина, П — пропаганда, УТЦ — учебно-тренировочные центры.

— И когда это будет не на бумаге, а в жизни?

— Через два года. Конечно, если нас не прихлопнут и не поставят к стенке.

— Сложно такое дело потянуть.

— А никто не говорил, что будет легко. Проще всего забить на все, махнуть рукой, мол, пропади все пропадом — один хер дело проиграно, и отойти в сторону. Но это не наш путь. Сложно не разочароваться в своем народе, который хрюкает возле кормушки, куда хозяева жизни от своих щедрот объедки скидывают. Тяжело смотреть, как люди спиваются, наркоманят, за бабло подставляют очко, подчиняются дурацким законам и превращаются в быдло. Однако я верю, что реальность можно изменить и потому буду бегать, до тех пор, пока ноги носят, и голова соображает. Назад хода нет, и я не отверну.

— Это понятно. Но где людей брать? Это тысячи человек и среди них, наверняка, окажутся те, кто нас сдаст.

— Стукачами контрразведка займется. А людей уже набираем и чем дальше, тем быстрее этот процесс пойдет. Кстати, раз уж этой темы коснулись, то вопрос. Где твои сослуживцы, которых ты обещал к нам привести?

Гоман потупился:

— Пока ничего не выходит. В Белоомуте люди правильные, но почти у каждого семья, дети и хозяйство, они в серьезное дело не полезут. Прикрыть могут и поддержку, как обещали, дадут, а на кровь при сегодняшних раскладах не подпишутся. Сам понимаешь — легко быть храбрым, когда ни кола, ни двора за душой, а с семьей на загривке в революцию играть не вариант.

— Понимаю. Но есть ведь и другие?

— Есть. Вот только поспивались многие, а некоторые уже в могилах. Буду и дальше контакты искать, но многого не ожидай. Это поначалу я раздухарился и сказал, что сразу реальных бойцов в строй поставлю, а сейчас уже ничего не обещаю.

Я кивнул и в этот момент зазвонил мой телефон. Это был Шмаков и я ответил:

— На связи.

— Привет, Егор, — услышал я бодрый, но слегка глуховатый голос Эдика, словно у него заложен нос.

— Здорово. Заявление об угоне машины в полицию уже отнес?

— Да, еще вчера.

— Приняли?

— Приняли.