Она потянула на себя водительскую дверь, но Носов не позволил ее захлопнуть. Встал, дыша женщине прямо в лицо. Рука его легла на дверную ручку.

– Послушайте, что вы от меня хотите? – возмутилась она тихим голосом. – Я отсидела у вас семьдесят два часа. Вы не нашли, что мне предъявить. Все показания сына Гоши – туфта. Он просто решил меня оговорить. Ищите его сообщников. Они избили меня, вкололи мне какую-то дрянь, чтобы я не позвала на помощь. И не смогла спасти Гошу.

– А он утверждает, что именно вы придумали весь этот план. Захотели обокрасть ювелира и попутно остаться с наследством. Решили ускорить процесс, а то неизвестно, сколько Ляпов мог еще протянуть. Полгода, год, а то и два при хорошем-то уходе! А вдруг догадался бы, что его гражданская жена спит с его сыном? Он бы выкинул вас за ворота. – Валя на нее не смотрела, смотрела ввысь, и рассказ ее был словно с небес считан. – А страсть нарастала. Хотелось любить красивого блондина, не стесняясь. Так, Нюша?

– Его слова против моих… – ухмыльнулась та и завела машину. – Он, чтобы соскочить, любую ерунду придумает. Налицо оговор пострадавшего. То есть меня. Я с ним не спала. Гошу не убивала. И не принимала никакого участия во всем этом кошмаре. Я – лицо пострадавшее, о чем имеется запись в моей больничной карточке. Ознакомьтесь на досуге, господа полицейские.

Валя смотрела на нее и невольно восхищалась. Такое самообладание! Такая сила! Не хмурится, не морщится, глаза не бегают, губы не дрожат. Самый лучший физиономист был бы озадачен. А может, и поверил бы ей.

– Я вам не верю, – широко улыбнулась Валя, вставая с Носовым плечом к плечу. – Потому что у меня есть доказательства обратного.

– Я уже говорила и повторюсь: Влад врет, чтобы меня оболгать. Узнал, что я пытаюсь через суд доказать наше с Гошей совместное ведение хозяйства и тем самым претендовать на наследство, вот он и…

– Все бы было ничего, если бы ваш доктор – Игорь Степанович – не попался с поличным, – как бы невзначай обронила Валя и, разведя руки в стороны, удрученно их уронила. – А он, засранец, попался. И вынужден теперь говорить правду, и только правду. И среди этой правды всплыло кое-что…

И вот тут что-то в красивом лице Анны дрогнуло. Какая-то тонкая жилка, какой-то нерв исказили ее надменность, выпуская наружу самый настоящий первобытный страх.

– Что же он вам рассказал – мой доктор? – хрипло поинтересовалась она.

– То, что полностью совпадает с показаниями Влада Серова. Разница в деталях. И доктор подтвердил, что вы заранее договорились с ним о фальшивом медицинском заключении. На самом деле не было никаких травм. И это вы все подстроили. Вы убили вашего мужа, а не Влад. Решили разыграть комедию с повешением? Думали, полиция подумает, что это серия? Сначала Илюхина, потом ее ювелир?

Анна свесила ноги из машины, оттолкнула Носова и выбралась из-за руля. Встала, сунув руки в карманы брючного костюма, так оттеняющего ее красоту. Глянула высокомерно.

– И что? Что теперь? – спросила она странно спокойно. – Ну, подстроила я то, что меня покалечили. Вступила в сговор с Владом, это не доказывает, что я с ним спала и что убивала своими руками Гошу. У меня не было выбора. Гоша угасал, а писать завещание не собирался. Я осталась бы ни с чем, умри он внезапно. Влад – нет. А я – да.

– И вы уговорили парня, чтобы не ждать долго. Чтобы Ляпов вдруг не отписал все кому-то еще.

– С какой стати ему было отписывать все кому-то еще? – фыркнула Анна со злобой. – У него единственный сын наследник и…

– Но если бы он узнал, что вы спите с его сыном, все бы поменялось.