– Так вот… Второй преступник избивает ее. А потом, вместо того чтобы добить, повесить, ну я не знаю… Он садится перед ней на колени. На коленях же он стоял, так? Раз она на полу была обнаружена. – Она прилепила чайную ложку к нижней губе и смешно закатила глаза. – Она лежит в луже крови, а он вену ее ищет, чтобы дозу вколоть. Как-то не вяжется, майор, хоть убей!

Он кивнул и спорить не стал. И добавил, что сам подумал о том же. И просил докторов проверить ее кровь и вены на предмет постоянного употребления наркотиков.

– Нет. Ни единого следа от инъекций ни под коленями, ни между пальцев. Даже между пальцами на ногах. Наркотик ей ввел преступник.

– Но зачем? Зачем тогда было избивать? Придавил бы коленом и сразу бы сделал инъекцию.

Валя потянула из вазочки за хвостик вишню: прозрачную, алую, хрустящую. Илья судорожно сглотнул. Искушение было слишком велико. Он даже принялся мысленно подсчитывать калории десерта. Он бы его проглотил не раздумывая, но…

Но Олю и ее борьбу с его лишним весом он предать не мог.

– А если она сопротивлялась? Пыталась кричать? – предположил он. – Пришлось ее угомонить, а потом уже…

– Так и угомонил бы до конца. Наркотик зачем? Я не пойму! Это же недешево. Своей дозой пожертвовал? Сомнительно. И, в общем… – она махнула официантке, требуя счет, – в общем, мне хотелось бы взглянуть на них. Можно?

– На кого?

– На покойного ювелира. И на его Нюшу. И с ее лечащим врачом поговорить. Фотки есть с места преступления? Тоже хочется посмотреть? Можно?

Они расплатились и вышли из кафе в душный полдень. Илья тут же мысленно поблагодарил супругу. Оля настояла, чтобы он надел легкие темные брюки и белую рубашку с короткими рукавами. Гороховой в ее черной футболке и черных джинсах было несладко. Щеки и нос тут же заблестели от пота.

«Странно она как-то одевается», – подумал он, поторапливаясь к своей машине, пока агрессивное солнце не вынудило его вспотеть.

– Сейчас едем к нам в отдел, – скомандовал он, стоя у распахнутой двери своей машины.

– Зачем?

Ее настроение тут же скисло. Голова упала на грудь, плечи безвольно опустились, на губах застыла кислая улыбка.

– С Носовым твоим знакомиться? Илья, вот честно, не хочу. Может, он и славный парень, но…

Она не договорила. Но взгляд, которым она по нему скользнула, закончил ее фразу и заставил его насторожиться. Только не это! Ему этого не надо! Ни обожания. Ни поклонения. Ни вообще ничего. У него есть Оля и пацаны. Он их очень любит. И ни разу, никогда и нигде…

Да и вообще, всякие там обожания, воздыхания, шуры-муры гадят не только семейным отношениям, но и работе. Пусть это старомодно, но он так рассуждал. И сальные взгляды и шуточки, которыми обменивались в коридоре некоторые его коллеги, презирал.

– Нет. Носов ни при чем. – Он сделался серьезным и строгим. – Представлю тебя начальству. У нас есть вакансия. И я тут подумал…

Она даже договорить не дала, подпрыгнула на месте, смешно взвизгнув.

– Да, да, да, майор Милонов! Я готова предстать перед твоим начальством! И готова ему понравиться.

Может, он делает ошибку, приглашая ее в отдел? Может, не нужен им ее мозг и интуиция? Может, он поторопился?

Какое-то неясное сожаление терзало Илью всю дорогу до самого отдела. Он даже природу его определить не мог до конца. Чего он боялся? Что она не справится? Ответ отрицательный.