– Что вам нужно?

– То, что всегда было нужно, – ответил Никабар. – Лисс.

Шайа и ее товарищи все поняли. В течение многих лет нарцы пытались покорить их родину, найти слабое место в обороне, построенной на извилистых внутренних проливах. И до этой поры им не удавалось это сделать.

– Скажите мне то, что я хочу знать, и я пощажу остальных, – пообещал Никабар. – Если вы мне поможете…

– Мы никогда не станем вам помогать, – отрезал Ориэль.

Адмирал Никабар ухмыльнулся.

– Капитан Бласко, – бросил он через плечо, – давайте двигаться. Но не слишком быстро.

Офицер отправился выполнять приказ – и вскоре дредноут снова пришел в движение. Команда деловито сновала по кораблю. Никабар ждал. Его синие глаза горели нечеловеческим огнем. Когда пылающие останки шхуны оказались позади, адмирал неспешно повернулся к Ориэлю.

– Я человек нетерпеливый, лиссец, и буду говорить прямо. Мне нужны твои знания Сотни Островов, чтобы найти путь к центру. Я намерен убедить тебя, помогать мне и воспользуюсь любыми способами.

Шайа обомлела от ужаса. Она смотрела, как Ориэль непреклонно качает головой.

– Я знаю, что тебе нужно, пес, – ответил он. – Не трать даром слов. Я никогда не скажу тебе того, что ты хочешь знать. И никто из моих людей не скажет.

Вэрин взмахнул палашом у самого носа Ориэля.

– Говори, дьявол. Иначе клянусь, что заставлю тебя помучиться.

– Убери свою шавку, Никабар, – сказал Ориэль. – Его слова бессмысленны, и я их не слышу.

– Вот как? – удивился Никабар. – Тогда, наверное, мне надо прочистить тебе уши. – Он оттолкнул Ориэля и стал осматривать пленных лиссцев, стоявших на палубе. Он обследовал каждого по очереди. Его холодный взгляд оценивал, чего они стоят. Когда он дошел до Шайи, его глаза вспыхнули странным светом. – Женщина, – проговорил он. Подняв руку, он провел пальцами по ее щеке. – Какая милашка.

Шайа сжала зубы, чтобы не отреагировать. Прикосновение Никабара было мертвяще холодным. Она продолжала смотреть прямо перед собой, избегая встретиться с ним взглядом, не мешая ему гладить ее кожу. Он придвинулся ближе, так что его губы оказались у самого ее уха.

– Скажи мне то, что я хочу знать, – прошептал он. – Иначе следующие несколько минут твоей жизни станут невыносимыми.

– Гори в аду, нарец! – прошептала она. Ее голос дрожал, но оставался решительным. – Тебе меня не сломать.

– Ты так думаешь? – Он отодвинулся, чтобы она могла видеть, что происходит. – Смотри.

Она увидела матросов, которые несли длинную цепь с наручниками. Это были кандалы для рабов: в такие нарцы заковывали покоренных жителей Бизенны. Чтобы нести тяжелые цепи с закрепленными на них ошейниками и наручниками, понадобилось пять матросов. При виде цепей по пленным лиссцам прошла дрожь. Вэрин и его люди стояли с палашами наготове, а матросы принялись за дело. Нарский лейтенант приставил палаш к горлу Ориэля.

– Пора передумать, Ориэль, – сказал Никабар. – Ну что, мое предложение начинает казаться более привлекательным?

Ориэль молча смотрел, как нарцы заковывают его команду, защелкивая ошейники и наручники. Шайа и ее товарищи не сопротивлялись. У них не оставалось надежды, и они это понимали. Холодный металл сомкнулся у Шайи на шее, навсегда соединив ее с Джиджисом. Затем на ее запястьях закрепили наручники. Потеряв возможность двигаться, она с ужасом посмотрела на Ориэля и увидела, что молодой капитан плачет. Из глаз у него ручьем лились слезы, но он старался держаться все так же вызывающе.