При упоминании имени своего рокового противника Джелена и Тимрин переглянулись.

– Да, – подтвердил Бьяджио. – Вы меня понимаете, правда? Никабар никогда не прекратит своей воины против Лисса. Я на него влиять не могу.

– Поверьте ему, – поддержал Касрин. – Я неплохо знаю Никабара. Бьяджио говорит правду. Никабар одержим мыслью покорить Лисс – и эту одержимость разделяют многие его капитаны.

– А вы? – с любопытством спросила Джелена. – Вы тоже одержимы желанием нас убивать? Нарский капитан ощетинился.

– Нет. Это война Никабара, а не моя.

– Я этому не верю, – объявил Тимрин. – Вы все – убийцы. На Черный флот принимают только преступников.

– И, возможно, именно поэтому капитан Касрин больше к нему не принадлежит, – парировал Бьяджио. – Касрин отказался участвовать в войне Никабара против Лисса. За это его подвергли бойкоту и назвали трусом. Конечно, это ваше дело, друг мой, но, по-моему, вам следовало бы проявить к нему немного уважения.

Тимрин покраснел. Он отвернулся от Бьяджио и посмотрел на свою королеву, ища поддержки. Джелена была заинтригована. Найти нарского моряка, который не питал бы ненависти к лиссцам, было так же трудно, как найти озеро в пустыне: такого просто не бывает. Однако у нее по-прежнему оставалось немало вопросов, на которые она не получила ответа. Она снова начала расспрашивать Бьяджио.

– Когда вы увидели наши оборонительные сооружения, вы поняли, что мы готовимся к вторжению. И вы сказали, что никакого вторжения не будет. Объяснитесь.

Бьяджио улыбнулся.

– Я могу предложить вам очень немного, но это – один из моих подарков. Я не отдавал приказа отобрать у вас Кроут. Не существует планов вторжения на остров, чтобы его отвоевать обратно. Никабар не имеет намерения нападать на вас здесь. – Он переплел пальцы. – У моего старого друга Динара совсем другие планы.

– Какие именно? – спросил Тимрин.

Игнорируя его, Бьяджио продолжал смотреть прямо на Джелену.

– Лисс. Уже сейчас Никабар плывет в сторону Казархуна, чтобы встретиться с остальными кораблями флота. Он надеется найти слабое место в ваших островах. И когда он это сделает, то нанесет свой удар.

– Но это же безумие! – воскликнула Джелена. – Черный флот десять лет пытался найти дорогу в центр Лисса, но так и не сумел это сделать. У него ничего не получится.

– Тогда он начнет вторжение, не найдя пути туда, – ответил Касрин. – Если ему не удастся найти пролив, он пошлет «Бесстрашного» в лобовую атаку и не отступит, пока у него не кончится горючее для огнеметов. Вы правы, королева Джелена: это безумие. Но таков Никабар.

Джелена по-прежнему не знала, чему ей верить. Она чувствовала себя отвратительно, словно эти подлые дьяволы поймали ее в ловушку. Утверждения Бьяджио звучали очень убедительно, но смущал их источник. Частично она была уверена, что это – уловка, очередной хитроумный план Бьяджио. Но каковы бы ни были иные причины приезда Бьяджио на Кроут, он явно подверг себя чудовищному риску.

Возможно – есть такая вероятность, – что он говорит правду.

– И это все, что вы предлагаете мне в обмен на мир? – вопросила она. – Слух?

– Мир не надо ни на что обменивать, – возразил Бьяджио. – Он сам по себе награда. Если вы сделаете то, о чем я прошу вас, королева Джелена, то только потому, что хотите мира не меньше, чем я.