— Как в ТВ-шоу?

— Да. За годы своего членства, они проработали вместе, часто под прикрытием. Тебе не зарегистрироваться в качестве партнера, если у тебя нет взаимопонимания с ним. — . Он указал на меня, потом себя.

— У нас есть взаимопонимание. Но это не должно стать романтичным. — покраснев я почувствовала слабое покалывание в своих руках и догадалась, что он принес сталь. Это было последействием закалки моего собственного меча: мой клинок сочетался с моей кровью и в результате у меня была чувствительность к металлу.

Джонах поднял крышку. Внутри на куске алого бархата лежал поразительный кинжал. Сделанный из цельного блестящего куска стали, лезвие было наточено от его основания до кончика, создавая смертоносных триста шестьдесят градусов.

— Он прекрасен, — сказала я.

— Думаю, да, — сказал он с легкой улыбкой. Он держал лезвие, позволяя свету красться вниз по стали лентой.

— Мы идем по острию ножа между мирами — вампирами и домами и не редко чувствуем себя полностью частью того или другого.

Мы видим вещи, которые большинство вампиров предпочитают игнорировать, но это знание дает нам власть. Это и наше проклятие и величайшее оружие. Оно может быть жестоким, и оно может освободить нас.

Как член Красной гвардии, ты стоишь за честь, а не гордость. ты выступаешь за вампиров, а не за ассоциации. Ты стоишь за тех, кто не может постоять сам за себя и за честь.

Джонах коснулся острия лезвия, уколов палец. Капли крови появились там, посылая сладкий, металлический аромат в воздух.

— Ты стоишь за меня, — сказал он. — А я за тебя.

Он размазал капли по изгибу клинка, который мерцал от магии пролитой крови вампира, как сделал и мой меч.

— Твоя очередь, — сказал он. Съежившись в ожидании боли, я уколола палец, а затем коснулась своим пальцем к лезвию кинжала, уже отмеченному кровью Джонаха и магией, слабо светящемуся красным —. Никогда больше это лезвие не прольет нашу кровь снова, — сказал он.

— И пусть сталь всегда напоминает нам о силе дружбы, чести и верности наших товарищей —. Он посмотрел на меня. — Ты клянешься своей лояльностью к вампирам, независимо от дома, независимо от союзников, независимо от принадлежности?

Ты клянешься быть стражем порядка, справедливости и умеренности, и восстать против любой власти, что грозит тем, кто не может защитить себя?

Я с трудом сглотнула, зная, что это был момент. Это был мой последний шанс сказать "нет" КГ. или посвятить два десятилетия служению.

Призвание было почетно, и мой выбор был ясен.

— Я клянусь, — сказала я, зная, что сделала правильный выбор Он протянул руку и поцеловал меня в щеку, поцелуй был бесспорно коллегиальным, но все же нес магические искры.

— В таком случае, мы партнеры, а ты застряла со мной, малыш.

Я улыбнулась ему. — Я сделаю все возможное. Не то, чтобы я могла сделать что то намного хуже чем ГС прямо сейчас.

— Правда, — сказал он, положив нож в коробку, выдвинул ящик стола и сунул туда коробку.

— Здесь есть еще одна вещь, — сказал он, протягивая мне маленькую серебряную монету. Она была размером с четвертак, и на ней было выгравировано изображение человека на лошади и надпись Сент Джордж.

— Сент Джордж? — спросила я.

— Покровитель воинов, — сказал Джонах. — Мы приняли его для КГ также.