В устах итальянца это прозвучало почти как обвинение, и девушка невольно улыбнулась. Пришло время применить женские чары.

— Я не пытаюсь отнять у вас хлеб. Я здесь только для охраны ценностей, причем временно.

Партино лучезарно улыбнулся ей в ответ, хотя улыбка не затронула его темных глаз.

— Конечно, временно.

— Почему вы так уверены?

Его улыбка стала еще шире.

— Вы не первая сотрудница, которая пытается залезть в постель к боссу, мисс Джеллико. Ни одна из ваших предшественниц здесь не задержалась.

Глаза ее сузились.

— По-моему, это вас мало касается.

— Разумеется, — кивнул Партино. — Понимаете, каждый ведь должен в первую очередь преследовать собственные интересы.

— Понимаю, конечно.

— В таком случае всего хорошего, — проговорил итальянец и откланялся.

Саманта стряхнула с себя неприятное липкое чувство, оставшееся после разговора с коротышкой итальянцем. Видимо, он тоже в какой-то степени чувствует себя неловко. Менеджер по предметам искусства, позволивший ускользнуть столь ценному экспонату, как троянская табличка, рискует потерять работу.

В то же время, насколько Саманте было известно, это была первая кража в Солано-Дорадо, совсем неплохо, учитывая, какие экземпляры имеются в коллекции Рика. Партино работает на Аддисона вот уже добрый десяток лет. Ей не было дела до того, что ждет в будущем этого противного итальяшку, но если бы табличку украла она, то его, получается, уволили бы по ее вине. Как все запутано!

Их с Риком апартаменты располагались в противоположных крыльях дома, и к тому времени, как она перетаскала к себе все вещи, Саманта просто выбилась из сил. Господи! Надо будет походить в тренажерный зал. Хотя, если они с Риком будут продолжать в том же духе, что и прошлой ночью, она придет в форму еще скорее.

Саманта с улыбкой толкнула дверь в свою комнату и втащила внутрь сумку. Если они будут продолжать в том же духе, что и прошлой ночью, она не доживет до конца недели. Хотя агония, надо заметить, будет весьма сладкой.

Раз уж она решила не трогать табличку без Рика, то распаковывать рюкзак не имеет смысла. В сумке у нее имелись свежее белье и чистая одежда. В ней девушка всегда чувствовала себе спокойнее и независимее, хотя те вещи, что одолжил ей Рик, были ничуть не хуже.

Взвалив на спину тяжелую сумку, Саманта направилась в спальню. В дверях она уперлась во что-то бедром и инстинктивно сделала шаг назад.

Она опоздала. С легким хлопком защитная чека в конце провода отскочила от гранаты, приклеенной скотчем к дальней стене спальни. Затаив дыхание, Саманта выбросила вперед руку, едва успев прижать начавшую отваливаться чеку.

Сделав резкое движение, она потеряла равновесие, но, падая на пол, все-таки не выпустила из рук гранату.

— Господи! — выдохнула она, боясь пошевелиться.

На двери покачивалась вторая граната, едва державшаяся при помощи чеки. Нога Саманты, запутанная в проводе, невольно дернулась, и чека сдвинулась еще немного вниз.

— Рик!

— Рик!

От прозвучавшего в голосе девушки страха он весь похолодел. Уронив миску, он бросился в комнату Саманты. Дверь была полуоткрыта, и он сразу же ворвался внутрь.

— Саманта!

— Сюда!

Он увидел ее ноги, торчавшие из двери спальни, причем одна была согнута под неестественным углом.

— Что случилось? — выкрикнул он, бросившись на зов.

— Стой! Тут граната!

Остановившись на пороге, Рик заглянул в комнату. Она лежала на боку, придерживая рукой гранату, которая была скотчем приклеена к стене в полуметре над ее головой. На двери висела вторая граната, которая еле-еле держалась на проводе.