Пелл удивленно заморгал глазами.

— Не хотите же вы сказать, что… это она подстроила похищение? Я считал, что это несчастное совпадение, сера Мигер случайно попала в систему, где пираты напали на торговое судно…

— Такое удобное совпадение, не правда ли? А сера Мигер так много путешествовала… Почему именно в то время она выбрала именно тот маршрут?

— Вы считаете, ее туда направила лейтенант Суиза? Или пиратов…

— Вряд ли мы когда-нибудь узнаем наверняка, — ответила Касия. Она вообще считала, что у спасательной операции шансы на успех равны практически нулю.

— А адмирал об этом знает? Ведь это предательство…

— Я уверена, другие догадались об этом раньше меня, — сказала Касия. — Я всего-навсего лейтенант, и то поняла…

— Но вы же знали ее раньше, — сказал Пелл. — Старшим офицерам могут быть неизвестны ее высказывания во время учебы в Академии.

— Ну…

Касия изобразила удивление, но сколько же можно. Она уже попробовала аналогичный подход с несколькими другими офицерами и ничего не добилась. Даже Сесента Верон, который сам наговаривал на Суизу, прямо сказал, что она не может быть предательницей.

— Я думаю, вам стоит сообщить об этом адмиралу, — сказал Пелл. И добавил: — Хорошо бы, конечно, чтобы были какие-нибудь документы.

— Боюсь, что нет, — ответила Касия. — Файлы, в которых могут быть записаны необходимые нам данные, мне недоступны.

Последовало долгое молчание, такое долгое, что она уже перестала надеяться, но наконец до Пелла дошло.

— Ах вам нужен доступ. Хм-м… А какие именно файлы вас интересуют?

— Я подумала, что во время расследования того мятежа наверняка должно было что-нибудь такое выплыть.

— Но вы же не думаете… Ведь ее даже наградили…

— Думаю, они задавали много вопросов, — ответила Касия. — А некоторые ответы могли пропустить.

Пелл покачал головой.

— Это не так-то просто, лейтенант, но, может, я смогу вам помочь. Я попробую поговорить с кем надо и дам вам знать.

— Спасибо. — Касия одарила его благосклонным взглядом фиалковых глаз и обворожительной улыбкой. — Я так стараюсь.

Барин Серрано привык к закулисным делам Флота, он вырос в этой опасной атмосфере. Он с большой осторожностью лавировал между различными течениями в штабе оперативного спасательного соединения и подмечал, кто из конкурирующих флотских семейств в данный момент использует нервное состояние лорда Торнбакла себе на пользу, особенно его немилостивое отношение к семейству Серрано. Ливадхи, как всегда, заняли противоположные позиции.

Одни высказывали свою преданность различным представителям семейства Серрано, например его бабушке, а другие в то же самое время отпускали язвительные шуточки в среде младших офицеров. Барин не обращал внимания на оскорбления, но запоминал, кто что говорил. Может пригодиться.

Кроме этого он был занят наблюдением за старшими мастерами. То, что происходит единожды, может быть случайностью, повторенное дважды становится совпадением… Он готов был признать, что происшедшее с Цукерманом случайность, а все остальное, что ему приходилось слышать, могло быть просто слухами, но вдруг все это правда? Что же тогда происходит? И прислушается ли кто-нибудь к такому странному отчету в нынешней сложной обстановке?

В его обязанности входило разносить кубы с записями, поэтому большую часть своего времени он проводил в различных приемных, где всегда мог побеседовать со знающими людьми.

— …Или вот возьмите, например, мастера Пелла, — говорила бойкая старшина.