Как всегда в моменты кризиса, когда нужно действовать изобретательно и оперативно, чтобы свести к минимуму возможный ущерб, Джуно не предпринимала ничего. Вместо этого она решила навестить Уму и разузнать, откуда растут ноги у начавших гулять слухов о грядущем сокращении штатов.

– Только, пожалуйста, не ссылайся на меня, – сказала Ума шпионским шепотом, протягивая Джуно коробку с песочным печеньем. – Но Ванесса Фарнесс говорит, скоро всех так тряхнет, что понадобится шкала Рихтера.

Ванесса Фарнесс была личным секретарем президента концерна и бесценным источником всевозможных слухов, циркулировавших внутри редакции.

– А я нахожусь под ударом? – напрямик спросила Джуно.

Ума сокрушенно покачала головой:

– Мне ужасно жаль, но твое имя было в списке сотрудников, подлежащих увольнению в процессе реорганизации. Правда, далеко не на первом этапе, а сейчас только самое начало реорганизации.

– Что это еще за реорганизация?

– Консультанты по управлению дали рекомендации, – Ума смахнула крошки со стола большой темной ладонью. – Помнишь, мужчины в костюмах ходили тут весной и все вынюхивали?

– Мужчины в костюмах?

– Ну, ты еще их обозвала ищейками.

– Ах, эти? Которые собирались купить «Иммедиа»? Еще целую неделю донимали всех расспросами?

Джуно в ту пору как раз переживала разрыв с Джоном и не обращала особого внимания на происходящее, потому что почти не выходила из служебного туалета – плакала с утра до вечера.

– Ничего они не собирались покупать, – Ума неодобрительно потерла подбородок. – Их наняло руководство компании, чтобы они дали рекомендации, как увеличить доходы от журналов. Сейчас они как раз докладывают о своих выводах, и, как ты понимаешь, речь идет не о том, что нужно экономно расходовать скрепки для бумаг. Совещание в зале заседаний совета директоров продолжается все утро. Твой шеф бесится, потому что его не позвали. Он, собственно, ради того и притащился сегодня – надеется разведать, какая участь его ожидает.

– Уж не хочешь ли ты сказать, что его тоже…того? – У Джуно отвисла челюсть.

Ума кивнула:

– Причем раньше, чем тебя, детка. Гораздо раньше.

– Но тебя-то они не тронут? – Джуно посмотрела на нее с тревогой.

– Надеюсь. Мамаша Ума не сойдет с этого стула – она к нему приросла всем своим жиром. Да и кто позарится на мое место?

Джуно облегченно улыбнулась.

– А ты, я смотрю, не очень-то и расстроилась? – Ума лукаво посмотрела на нее. – Я думала, тебя это больше огорчит.

Джуно поскребла подбородок недоеденной половинкой печенья. Ее так и подмывало рассказать о своей встрече с Пирсом Фоксом, но она понимала, что не следует рисковать.

– Так, есть кое-какие наметки на случай, когда отсюда погонят.

– Вот как? «Ньюс он санди» наконец-то приглашает тебя в штат?

– Нет, это совсем из другой оперы, – Джуно с упоением вообразила себя в составе комической труппы Пирса Фокса. Она страстно хотела репетировать с утра до вечера, а потом отправиться в гастрольное турне. На ее губах непроизвольно появилась широкая счастливая улыбка.

– Ладно, я ни о чем не спрашиваю. Но ты особенно не торопись. Твои колонки – единственное, что можно читать в этих протухших журналах, поэтому тебя уволят не завтра.

– Спасибо, – Джуно на крыльях своей фантазии унеслась так далеко навстречу славе и успеху, что ей даже захотелось – пусть увольняют поскорее.

Проходя мимо ксерокса, она встретила Финлэя.

– Ну, как там Лидия? Я соскучился по ее ногам.