– Ты попользовалась мной? – прервал ее Джей. Его челюсть опустилась в недоумении, угол рта изогнулся в защитной усмешке.

Джуно кивнула. Похоже, он уязвлен, подумала она. В его умишке мачо из Бронкса не укладывается мысль, что женщина способна на такое, – по крайней мере, уж только не с ним. Нет, голубчик, это был мой разгульный уикенд, а не твой!

– Я была пьяна в пятницу вечером, – насмешливо сказала Джуно. – И потом, я совершенно тронулась умом из-за того, что мне уже тридцать, и из-за этой истории с Джоном, и вообще… – она чуть было не рассказала про Бруно и Лидию, но вовремя одумалась. – А ты был здесь, рядом, совершенно доступный, и в тот момент показался мне очень привлекательным, вот я и совершила эту ошибку, которой позволила слишком затянуться. Я приношу тебе свои извинения. И давай покончим с этим, хорошо?

Его челюсть по-прежнему была опущена, а бровь изогнута.

– Так мне следовало прислушаться тогда к твоим словам?

– К каким словам?

– Ты сказала, что практикуешь случайные сексуальные связи, помнишь? – ядовито уточнил он. – Это похоже на секс с Джоном, только более регулярно, так ты сказала. Я подумал, что это всего лишь шутка. Представь, я не предполагал, что ты такая раскрепощенная. Выходит, это сущая правда. Скажи мне на милость, – глаза его сузились, – сколько точно любовников было у тебя и как ты можешь гарантировать, что все они здоровы? Я ни в чем теперь не полагаюсь на тебя, детка. Я далее пальцем не прикоснулся бы к тебе.

Шоколадные круассаны полетели с тарелки на пол – Джуно отскочила назад.

– Наши чувства взаимны, – проговорила она.

– Так, сообщи мне, где тут поблизости можно сделать анализ крови?

– Анализ крови? Ты намекаешь, что я тебя чем-нибудь заразила?

– Если учесть, что ты трахаешься как шлюха, пьешь почти как алкоголичка и еще – судя по тем сообщениям, которые я услышал сегодня утром, – водишь весьма сомнительные знакомства, такая возможность не исключена, ты согласна?

– Сволочь! – прошипела она. – Убирайся! Выметайся к черту из этой квартиры!

– Я передумал, – он откинулся на спинку стула. – Я никуда не поеду. Если кто-нибудь и уедет отсюда, то это ты.

– У меня сейчас нет денег, черт подери! – заорала Джуно.

– Ну что ж, прекрасно, – он вернулся к компьютеру. – В любом случае – держись от меня подальше, а я буду держаться подальше от тебя.

– Это меня устраивает! – и с единственным оставшимся на тарелке круассаном она пошла к себе в спальню.

– Джуно, подожди! – позвал он, и у нее на долю секунды мелькнула надежда.

– Два правила внутреннего распорядка, – он бесстрастно посмотрел на нее. – Ты не должна курить в квартире – раз, ты должна убирать за собой сама – два.

Она сжала зубы.

– В таком случае, у меня тоже есть одно требование.

– Какое же? – он спросил, как потерявший терпение начальник, которому смертельно надоел дебошир-подчиненный.

Последовала дурацкая пауза. Проклятье! Джуно не могла придумать ничего остроумного или хотя бы умного, поэтому брякнула первое, что пришло ей в голову:

– Ты не должен… ммм… разговаривать со мной, – совершенно по-детски выпалила она.