Но не-е-ет! Ей предстояло самой подобрать гардероб. Метод состоял в том, что так она должна выработать свой образ, чувство «стиля» и понять, какие вещи ей идут.

Дарби не хотелось говорить своей спутнице, что одежду ее «стиля» легче всего найти на распродаже в магазине рабочей одежды. И не обязательно в женском отделе. Ее стиль был для конюшни, а не для высшего общества.

– Нам повезло, – защебетала Мелани, когда они зашли в магазин «Нордсторм», – здесь распродажа шелка.

– Убей меня прямо сейчас, – беззвучно пробормотала Дарби, едва переставляя ноги от усталости.

– Вспомните о своих предыдущих приобретениях, – продолжала Мелани еще веселее и задорнее, не обращая внимания на тон своей протеже, – так, сопоставляя и сочетая, вы сможете расширить свой гардероб.

– Сопоставляя и сочетая что? – спросила Дарби в замешательстве. Она почти падала в обморок от духовой музыки, звучавшей в этом магазине.

– Вашу одежду, – ответила Мелани недоуменно. Очевидно, ей было невдомек, что до сего дня в гардеробе ее подопечной сочетались какие угодно вещи. Джинсы можно носить с чем угодно. Это было единственное правило, известное Дарби. Если она и ошибалась все эти годы, то Таггеру и лошадям было откровенно все равно.

– Вот, например, – оживилась Мелани в манере, типичной для сотрудников «Хрустальной туфельки», – черные штаны и жакет, купленные утром, прекрасно подойдут к этим шелковым блузкам. – Она ткнула пальцем в сторону полок, набитых чем-то блестящим.

Это что, блузки? Они держались на узенькой лямочке через плечо. Плохая покупка. Короткий срок службы.

– Вы же не в конюшне собираетесь в этом работать, Дарби, – мягко заметила Мелани. – Я думаю, их можно носить, по крайней мере, несколько сезонов. По-разному комбинируя, естественно.

– Естественно. – Дарби не стала спрашивать ее про эти сезоны.

Она уже поняла, что есть на свете такие женщины, которые добровольно проходят через этот ад гораздо чаще, чем раз в год. Женщины из Вашингтона полностью меняли гардероб каждые три месяца. И так – каждый год. Не дай бог, они появятся на скромной вечеринке в том же платье, что и год назад. Дарби не помнила, чтобы ее мать являлась домой на лимузине, заваленном доверху картонными коробками и глянцевыми пакетами с маленькими веревочными ручками, которые иногда гораздо симпатичнее их содержимого. Большое упущение в ее жизни.

«Нужно продержаться только три дня», – повторяла себе Дарби..

Конечно, можно было и стойла почистить в этой блузке. Она улыбнулась, представив себе выражение лица Таггера, когда он увидит ее в джинсах, кожаных ковбойских гетрах, сапогах и... шелковой блузке. Лошади потом тоже захотят, чтобы им подавали корм в миленьких пакетиках.

– Я понимаю, ваш бюджет не потянет вещи от кутюр, но эти выдержит. – Мелани не добавила «под моим чутким руководством», но это и так подразумевалось.

Скоро все узнали, что старшая дочь Пола Ландона Третьего снова в городе. К счастью, в последний приезд все внимание было приковано к Пеппер, а Дарби спокойно отсиживалась в сторонке. Она рано прилетела, побывала на выпускном вечере у сестры, вытерпела пару минут в обществе, а затем помчалась прямиком в аэропорт.

Теперь все будет иначе. Теперь смотреть будут на нее, будут анализировать, обсуждать каждое ее движение, критиковать ее внешность, куда бы она ни пошла.