Дарби глядела на него, потом закрыла глаза и отклонила голову назад, пока он продолжал пробовать на вкус шелк... и обнаженную Дарби.

– Как эти смотрятся? – донесся голос из-за двери.

Дарби сильно вздрогнула, но не вскочила со стула. Она прижала голову Шейна к груди.

– Не уверена, – вымолвила Дарби. – Дай мне... О боже! – продолжила она шепотом, когда Шейн начал водить языком вокруг соска. – Несколько! – прохрипела девушка.

– Ладно. Другой размер нужен?

– Боже, нет, – выдохнула Дарби. – Этот в самый раз.

Дарби умолкла.

– Что ж, рада, что тебе нравится.

– Я обожаю это! – чистосердечно подтвердила Дарби.

Шейн поднял голову:

– Непослушная девочка.

Она слушала удаляющиеся шаги Мелани, не дыша.

– Что я могу сделать, меня соблазнили. Я не виновата.

– Что-то мне подсказывает, что в этом магазине не я один виноват во всем.

Дарби взглянула на него поверх влажной блузки.

– Думаешь, я каждый день раскатываю в лимузинах и шатаюсь по примерочным дорогих универмагов?

– Откровенно говоря, надеюсь, что нет.

– Вот именно. – Она улыбнулась. – Если только тебя нет поблизости, конечно.

– Абсолютно. Это допустимое поведение. Даже заслуживает одобрения. – Шейн провел шелком по ее коже. – Я имел в виду, в тебе нет ни капли притворства. И ты добиваешься того, чего хочешь, когда хочешь, – без извинений.

Дарби обдумала это заявление, потом кивнула и сказала:

– Спасибо.

Он оскалился в притворном удивлении.

– Ух ты!

Она ответила ему такой же милой улыбкой, совсем забыв о том, что стоит полуголая на блузках ценой долларов двести каждая.

– Что тут скажешь? Я быстро учусь. Шейн поднялся и поднял Дарби.

– Тогда, полагаю, мне нужно продолжить начатое.

– Если осмелишься. – Дарби отыскала в куче одежды свою. – Я готова! – сказала она громким голосом, совсем не подходившим для примерочных, потом через плечо глянула на Шейна: – Но мы еще нет.

Шейн собрал в охапку блузки:

– Это недолго.

– Хорошо. – Девушка застегнула бюстгальтер, надела блузку и пригладила волосы, не глядя в зеркало.

Шейн думал, понимает ли Дарби, насколько она прекрасна. Он сомневался, что она заботится о своей внешности. И это делало ее еще сексуальнее. Земная, естественная. Свежая. Дикая. «Моя», – про себя добавил Шейн. С этого момента, по крайней мере. Если ему повезет. А он был уверен в удаче.

– Эй!

Дарби остановилась у двери.

Шейн вытащил темно-бирюзовую блузку на бретельках из вороха одежды и кинул Дарби.

– Вот эта. Поверь мне.

Она поймала блузку одной рукой.

– Самое странное, – отозвалась она, взглянув на него, – я тоже так думала.

Дверь захлопнулась прежде, чем он успел ответить. Размышляя над тем, что она имела в виду, Шейн оделся. Пусть все эти мегасделки и наследство катятся к черту вместе со скандинавскими толстосумами! Он собирался снова увидеть Дарби Ландон, окутанную шелком.

Выждав десять минут, он выбрался из примерочной. И наткнулся на почтенного вида продавщицу.

– Прошу прощения, сэр, – сказала та высокомерно, – но это – женские примерочные.

– Великолепно! Я как раз хотел одеть женщину. И раздеть. Он подарил ей очаровательную улыбку и свалил целую кучу разноцветного тряпья в ее руки.