Решил проверить на всякий случай и мочевой пузырь, вдруг там есть что-то требующее особого внимания. Очень удачно заглянул, на стенке мочевого пузыря обнаружилось новообразование в непосредственной близости от места входа правого мочеточника. Вполне может быть, что оно мешает эвакуации мочи из правой почки.

Так оно и оказалось, в нижней трети мочеточника скопились фрагменты только что разрушенного мной камня. Жидкость они пропускали, но всё равно это не дело, всё это добро может нарасти и снова перекрыть мочеточник. И само новообразование тоже может, его надо убирать. Только не сейчас, пусть пациент оправится для начала от почечной колики, тогда и поговорим.

— Всё, будите, — сказал я Корсакову.

— Точно? — решил он подстраховаться.

— Теперь точно, — кивнул я.

— Ой, а мне намного легче, — сказал мужчина, окончательно проснувшись. — Так что же это было, камень всё-таки?

— Причиной ваших болей был камень, — кивнул я. — Теперь он разрушен и больше не блокирует почку. Но есть ещё один момент, не очень хороший, но решаемый.

— Это какой же? — напрягся пациент, довольная улыбка сошла с лица.

— В мочевом пузыре я нашёл новообразование, которое обязательно надо убирать. Иначе проблемы будут гораздо более серьёзными.

— Так может можно сразу и убрать?

— Нет, сегодня не стоит, — покачал я головой. — Пусть почка немного отдохнёт, функция нормализуется, а потом уже приступим. Образование не особо большое, максимум пара процедур понадобится. Но это уже будем смотреть в следующий раз, не сегодня.

— А когда она будет, эта следующая процедура? — поинтересовался мужчина.

— Приходите послезавтра, в среду, ответил я. — Думаю, к этому времени вы уже полностью оклемаетесь. Надо бы ещё попить почечный сбор, возьмите в аптеке и пейте настой по инструкции. Желательно жидкости побольше. Чтобы отслеживать объём, возьмите любую удобную тару и пейте воду из неё. Не меньше двух литров воды в день, не считая компота, чая и первых блюд.

— Хорошо, господин лекарь, я вас понял, буду выполнять, — сказал мужчина и осторожно спустился с манипуляционного стола. Видимо боялся, что снова больно будет. — Тогда прощаюсь с вами до среды.

До конца приёма оставалось два часа. Я сказал в регистратуре, чтобы после обеда не записывали, мне предстоит беготня с заказами и закупками. Надо ещё предоплату за оборудование отвезти, я обещал. А ещё надо разобраться с забитым под завязку картонными коробками пассажирским салоном моего микроавтобуса, который я любя называю «мой бегемотик». А что, похож немного. Только у меня очень шустрый бегемотик. Кобылок там под капотом сидит явно больше, чем было в моём «Старексе».

Пациентка с коленным суставом пришла сегодня неожиданно поздно. Даже позже, чем в прошлый раз.

— Вы уж меня простите, Александр Петрович, — начала она извиняться с порога. — Знаю, что вы просите приходить пораньше, но дома внезапная катастрофа с водопроводом не дала уйти вовремя. Да ещё как назло сегодня с утра прислугу отпустила, одна повариха осталась. Мы с ней вдвоём с потопом воевали. И вы знаете? Левое колено даже не напомнило о себе, пока я с тряпкой бегала в ожидании слесаря. Правая немного разболелась, а левая, как новенькая!

— Вы бы всё равно лучше были поосторожнее с коленями, — сказал я. — Не стоит становиться на колени, чересчур перегружать. Я-то вас подлечу, но вы должны понимать, что как в семнадцать лет они уже не будут.

— Да это понятно, Александр Петрович, я всё понимаю, стараюсь. На коленях ни перед кем не ползаю, в этом даже не сомневайтесь! — рассмеялась она. — Даже перед протекающей трубой.