— Как ваше самочувствие сейчас, Мая Абрамовна? — спросил я, опуская стол.

— Сегодня немного полегче, — ответила она после паузы, оценив своё состояние.

— Давайте лучше всё-таки вы сегодня полежите в палате, прокапаетесь, а муж заберёт вас после работы.

— Я думаю, сегодня это будет лишним, — с сомнением в голосе сказала она.

— Не будет, — заверил я. — Доверьтесь мне, я вам плохого не желаю.

— Оставайся, Мая, Александр Петрович знает, что говорит, плохого не посоветует.

Женщина посмотрела на меня, потом на мужа и, наконец, кивнула.

— Ну хорошо. Раз вы так считаете нужным.

— Вот и молодец, — улыбнулся я. — Свет, позови санитаров с каталкой.

— А зачем каталка? — возмущённо спросила женщина. — Не надо, я сама дойду!

С этими словами она встала со стола и её тут же повело в сторону. Мы с Иосифом Матвеевичем вовремя поймали её и усадили обратно. Больше против транспортировки на каталке она не возражала.

В манипуляционную вкатили каталку, мы санитары уложили на неё пациентку и увезли в палату, которую я указал. В предписании значилась капельница на три флакона, медленное введение.

— Вы не будете возражать, Александр Петрович, если я некоторое время побуду рядом с ней? — спросил Гартман.

— Ни в коем случае не возражаю, Иосиф Матвеевич, — улыбнулся я. — Сколько вам будет угодно. А я немного позже её навещу, посмотрю, как её самочувствие. Если она будет готова отбыть домой раньше, чем вы за ней приедете, вам сообщат.

— Спасибо, Александр Петрович, — от души сказал он, крепко пожимая мне руку. — За всё, что вы для нас делаете. Я же вижу, что вам нелегко это даётся.

— Всё в порядке, — снова улыбнулся я. — Главное — на здоровье.

— Это точно.

Следующий пациент принёс очередной сюрприз. Когда было упомянуто образование на спине, я подумал, что прибыло пополнение в рядах онкобольных, но это оказалось не так. Образование на спине у него появилось лет десять назад и практически не беспокоило, постепенно увеличиваясь. А с пятницы начала нарастать боль, появилось покраснение, спать на спине стало невозможно и образование резко увеличилось.

— Раздевайтесь по пояс и ложитесь на живот, — сказал я, указывая на стол.

— А вы что, резать будете? — спросил мужчина, неохотно расстёгивая сюртук.

— Не могу ответить на ваш вопрос, пока не увидел, — сказал я и выдал дежурную улыбку. Она подействовала на пациента успокаивающе, он наконец оголился, как я просил, и лёг.

В области левой лопатки подкожное образование до семи сантиметров в диаметре, значительно выпирающее, покраснение кожи, горячее на ощупь. Положительный симптом флюктуации — содержимое образования представляет собой жидкость. С высокой долей вероятности это гной.

— Должен вам сообщить, что резать всё-таки придётся, — сказал я. — Без этого никак, там гной.

— Нет, господин лекарь, — сказал он и начал подниматься. — Резать не надо, я боль не переношу. Если вы не можете вылечить это магией, я лучше пойду поищу того, кто сможет.

— Дело ваше, конечно, но в другом месте вам скажут то же самое, — хмыкнул я. — Только у нас есть чем обезболить, чтобы вы ничего не почувствовали, а в большинстве других клиник города анестетиков пока нет. Так что выбирать вам.

— Хотите сказать, что сделаете какой-то укол, и я не буду чувствовать боль? — с сомнением в голосе спросил мужчина, наполовину спустившись со стола, который я даже не успел опустить.

— Ну да, — пожал я плечами. — У нас есть такая возможность, а у большинства — нет.