— Как по мне, самое современное — это то, что ты делаешь. Я, например, всегда к таблеткам относился скептически. Намесят там чего-то непонятного, запечатают в бумажку или фольгу, а ты надейся потом, что оно поможет. А оно не помогает, Сань, там же кроме мела больше ничего нет, это всё обман!

— Да уж, Валер, — хмыкнул я. — Знал я немало людей в нашем с тобой мире, которые также считали. Потом дождутся, когда уже полная ж… Ну, когда совсем прижмёт, и бегут сломя голову «доктор, памагите!» А помогать на этом этапе уже очень сложно. И они как миленькие уже едят все таблетки, какие им только не дай, но уже поздно.

— Ну не знаю, — уже с сомнением в голосе буркнул призрак. — Может быть ты и прав в какой-то степени. Наверно мне повезло, что я особо и не болел, не испытал это в полной мере на себе. Все эти таблетки, уколы, капельницы.

— Валер, а как ты сюда-то попал? — спросил я. Он об этом никогда подробно не рассказывал. — Если твой дух находится здесь, значит в том мире он отделился от тела, значит на то были причины, а ты утверждаешь, что был абсолютно здоров.

— Так я и был здоров, как бык, как настоящий сталевар, — гордо сказал он. — Последнее, что я помню, как шёл на работу. До проходной оставалось дойти метров сто, не больше. Иду, со всеми здороваюсь, всем улыбаюсь, потом в груди словно очень холодно стало. Я остановился, хотел что-то сказать идущему рядом со мной Петьке, моему коллеге, но не смог, упал прямо на асфальт. Дальше помню, как наблюдал некоторое время за всем со стороны. Лежит тело на асфальте, окружают со всех сторон люди, которые тоже шли к проходной, а я медленно поднимаюсь над этим, мне так тихо и спокойно. Как во сне, страха уже нет, нет холода и дискомфорта, ничего нет. А потом следующий кадр — в комнате в этом доме. Этот чудик граф так обрадовался моему появлению, что чуть не прыгал от счастья. Он, кстати, единственный меня видел, больше никто. А я так и мотался тут бестелесный и невидимый, никому кроме этого дурачка не нужный.

— Так как же невидимый, если я не раз тебя видел? — спросил я. — И не только я.

— Это я уже потом научился, — сказал призрак и мне послышался вздох. — За сорок лет не такому научишься в одиночестве. Если бы я оказался в библиотеке и мог листать страницы книг, сейчас сам бы уже библиотекой стал. А здесь скукотища была всё это время. Одно лишь доступное развлечение — людей попугать. Те немногие книги, что стояли на полках, давно отсюда ушли, граф забрал их с собой в свою ссылку. Я ещё удивился тогда, он ни разу при мне не взял с полки ни одну из них.

— Понятно. Ну а сейчас не жалеешь, что постоянно какая-то суета, куча людей?

— Ты что, ты что⁈ Наоборот здорово! Я от людей потихоньку энергией подпитываюсь, — затараторил Валера. — Раньше я видимым мог становиться не чаще, чем пару раз в год, а сейчас хоть каждый день.

— А что, если накопить достаточное количество этой энергии и стать человеком? — предположил я. — Такое возможно?

— Ты до сих пор в сказки что ли веришь, Сань? — с грустью в голосе произнёс Валерий Палыч. — К сожалению так не бывает. Разве что похулиганить смогу побольше и всё.

— А может всё-таки попробовать? — решил я настоять на своей версии. — Старайся постоянно находиться там, где больше людей и не тратить энергию попусту.

— Неискоренимый оптимист, да? — с сарказмом спросил призрак. — Ну я попробую раз ты так настаиваешь, посмотрим, что получится.

— Вот и договорились, — улыбнулся я. — Сразу бы так.

У меня была мысль сейчас поговорить с Валерой по поводу паломничества к нему туристов с зарабатыванием денег, но сейчас неподходящий момент, лучше в другой раз.