— Доброе утро, Алексей Иванович, — поприветствовал я его. — Вы ко мне? Чем обязан?

— Доброе, — произнёс он и едва заметно кивнул. — Давайте пройдём в ваш кабинет, там поговорим,

— Да, конечно, проходите, — сказал я, распахивая перед ним дверь.

Ну точно, что-то не так, на что-то эта ведьма пожаловалась. Сейчас будут разборки. По крайней мере драться он точно не будет, но скорее всего сейчас выслушаю много нелицеприятного. Как бы не закрыли теперь проект с фармацевтической лабораторией.

Я предложил ему сесть в кресло для посетителей, а сам сел за стол и уставился на него в ожидании резких речей.

— Я хотел поговорить об этом с вами лично, а не перепоручать кому-либо, — произнёс он с серьёзным выражением лица, а я ещё больше напрягся. — У вас что-то случилось? Мне кажется вы взволнованы.

— Да? — спросил я и только сейчас понял, что на лбу и висках выступила испарина. — Нет, ничего не случилось. Просто торопился на работу, немного задержался в пути.

Северский удовлетворённо кивнул.

— У вас недавно лечилась моя тёща, — сказал он и сделал паузу.

— Да, — кивнул я. — Она приходила ко мне два раза по рекомендации Белорецкого.

Может не надо было упоминать главного полицмейстера? Это получается я и его подставил?

— Она скрывала от нас свою болезнь, мы узнали о ней случайно, — продолжил говорить градоначальник. — Я уже не совсем помню, как получилось, что порекомендовал к вам обратиться именно Белорецкий, но это уже не имеет значения. Так вот, о подробностях болезни я не знаю, но после повторной процедуры она пришла к нам совершенно другая. У меня даже не возникло желания утопить её в придорожной канаве через пять минут разговора. Вы можете сказать, что с ней произошло?

— У неё была опухоль в желудке, — сказал я, забыв от нервов о неразглашении диагнозов.

— Нет, это меня не волнует, — покачал головой Северский. — Мне интересно, как от вас вместо мегеры вернулся вполне нормальный человек? У меня нет слов, чтобы выразить вам свою благодарность.

Если вы когда-нибудь слышали или можете себе представить, как с пятого этажа падает пианино, то примерно с таким же грохотом у меня камень с души упал. Я выдохнул с облегчением, вытер испарину и улыбнулся.

— Моя сестра, начинающий мастер души, но очень талантливая, — начал я, решив раскрыть по такому случаю все карты. — Поведение вашей тёщи переходило за некоторые общепринятые рамки. Не скажу, чтобы сильно, но общаться с ней было очень тяжело.

— Об этом можете мне не рассказывать, — хмыкнул градоначальник. — А сейчас она стала вполне нормальной, так что же с ней произошло, это ваша сестра постаралась?

— Да, — кивнул я. Раз уж нам ничего не угрожает и клиент доволен, то можно и правду сказать.

— Вы не представляете, насколько я вам благодарен! — Северский запустил руку во внутренний карман сюртука и достал оттуда золотые карманные часы. — Примите от меня в знак благодарности!

Я слегка онемел от неожиданности, взял часы в руку и нажатием кнопки открыл крышку. Кроме того, что часы были полностью золотые, украшенные витиеватым растительным орнаментом, так ещё и циферблат украшен бриллиантами. Это как же она должна была всех достать, чтобы я такого подарка удостоился?

— Алексей Иванович, простите великодушно, но я не могу принять такой подарок, — сказал я и положил часы на стол перед ним.

— Да бросьте, Александр Петрович, — улыбнулся градоначальник. — Это же от чистого сердца, а у вас карманных часов нет, так что для вас это жизненно необходимый аксессуар.