Сегодня пришло время посмотреть моих пациентов с болезнью Бехтерева, их мы обзвонили в восемь утра и сообщили, что начали работать, те пообещали прийти.

Первым был мужчина с патологическим переломом шейного позвонка. Войдя в кабинет, он немедленно похвастался своими успехами, показал, насколько у него поворачивается голова. Уже намного лучше, но движения всё-таки были ограничены, надо поработать с межпозвонковыми суставами, которые поражаются в первую очередь. Вообще результаты уже потрясающие, в моём мире пациенты с Бехтеревым так крутить головой точно никогда не смогут.

— Ну у меня по крайней мере уже ничего не болит, — радостно сообщил мужчина. — Я же раньше голову почти не мог повернуть, лишь совсем немного, а сейчас уже вон как верчу. За рулём, кстати чувствую себя уже намного увереннее.

— Рад за вас, — улыбнулся я. — Дело конечно ваше, соглашаться или нет, но я предлагаю попробовать добиться более весомых результатов. А посмотреть вас мне всё равно нужно и, скорее всего, найти и обезвредить мелкие очаги воспаления.

— Я, Александр Петрович, полностью доверяю вам и нисколько не возражаю, делайте, что надо.

Мужчина снял рубашку и лёг на манипуляционный стол на живот, как обычно. Сканирование шейных позвонков показало воспаление, но очаги в самом деле оказались мелкими и в небольшом количестве. Сначала я разобрался с ними, потом провёл ревизию суставов. Хрящевая ткань начала восстанавливаться, но местами имелись небольшие дефекты.

Работы не особо много, но придётся максимально сконцентрироваться, чтобы тонюсеньким пучком энергии воздействовать на нужные точки. Ну, мне уже так работать не впервой, я приступил к лечебной процедуре.

— Ну вот и всё, — сказал я через десять минут, убирая руку с тыльной стороны шеи пациента. — Теперь ваша задача только разрабатывать шею, делать упражнения. как я вас учил. Главное — без резких движений, всё плавно.

— Те таблетки, что вы мне давали, ещё надо принимать? — решил он уточнить перед тем, как уйти.

— Правильный вопрос, — кивнул я. — Учитывая, что сегодня я ещё находил небольшие очаги воспаления, лучше в течение недели пропить, потом можете отложить в сторону. Однако под рукой их лучше всё-таки иметь, если вдруг появятся болевые ощущения, то снова начать пить и срочно показаться. А так рекомендую вам прийти на приём примерно через месяц, даже если ничего не беспокоит.

— Так если ничего не беспокоит, тогда зачем? — удивился мужчина.

— Ваша болезнь очень непростая. Когда вы почувствуете возобновление симптомов, возможно уже будет серьёзный воспалительный процесс, а пока всё только начинается, вы будете чувствовать себя вполне нормально, но именно на этом этапе вам будет легче помочь, чтобы не допускать того, с чем вы ко мне обратились.

— Теперь мне всё понятно, — кивнул мужчина задумчиво. — Через месяц я обязательно у вас.

Я уже говорил, что опасался срыва приёма из-за того, что люди пока боятся выйти на улицу? Говорил. Так вот, истинным пророчеством это не оказалось, полный приём был в итоге расписан не только у меня, но и у всех коллег.

Жеребин, как и обещал, пришёл к девяти и заявился вместе с тортиком ко мне в манипуляционную. Я позвал Прасковью и дал ей поручение определить нового лекаря в заранее обговорённый кабинет. А тортик ушёл в холодильник в комнате отдыха на втором этаже. Мы договорились вместе попить чаю в обеденный перерыв и отметить его присоединение к коллективу. Я также сказал с утра в регистратуре, что у нас с сегодняшнего дня будет работать новый очень талантливый специалист и его сразу завалили работой.

Пациент с болезнью Бехтерева с локализацией в нижних отделах позвоночника, тазобедренных и коленных суставах тоже пришёл, но к этому времени успели набежать люди с накопившимися за эти дни проблемами и ему пришлось немного подождать.