А теперь вернёмся во дворец, к новому фавориту — Платону Александровичу Зубову. На следующий день после того как побывал он в Мавританской бане, ротмистр Платон Александрович Зубов стал полковником гвардии и флигель-адъютантом, а ещё через сутки обнаружил в ящике своего письменного стола сто тысяч рублей золотом и двадцать пять тысяч — ассигнациями.

Вечером был он приглашён Екатериной играть с нею в карты и представлен ею узкому кругу самых близких друзей. Когда игра закончилась, Екатерина, взяв под руку нового флигель-адъютанта, направилась к дверям своей спальни. А на следующее утро почти все первые лица империи собрались в приёмной Зубова. Здесь были Салтыков и Морков, Нарышкин и Вяземский, старик Мелиссино и Архаров, Самойлов и Безбородко — князья, графы и генералы. Зубов заставил их ждать более часа и, наконец, появился с надменной, но ласковой улыбкой.

Пока молодой красавчик морил своих подобострастных и знатных визитёров за дверью, у царедворцев было достаточно времени обменяться друг с другом сведениями о Платоне Александровиче и его родственниках.

Знающие люди, а в приёмной в таковых недостатка не было, утверждали, что отец новоявленного фаворита, Александр Николаевич, управлял имениями фельдмаршала Салтыкова, что он на два года старше императрицы, и был вице-губернатором в одной из центральных губерний. У Александра Николаевича Зубова было кроме Платона ещё три сына и три дочери. Полагали, что отца теперь непременно переведут в Петербург, что вскоре и случилось, когда Зубов-старший стал обер-прокурором Первого департамента Сената, ведавшего важнейшими вопросами государственного управления. Новый обер-прокурор сразу же заявил себя человеком хотя и умным, но злым, недобросовестным и большим охотником до взяток. Однако протекция сына делала его недосягаемым для контроля и ответственности.

Когда Зубов-отец появился в Петербурге, здесь уже находились и все его сыновья, бывшие с юности под покровительством фельдмаршала Салтыкова и все до одного служившие в Конной гвардии. Николай был подполковником, в своё время отличившись под командованием Суворова в сражении при Рымнике, Дмитрий — секунд-ротмистром в гвардейской кавалерии, что соответствовало чину капитана в пехоте и артиллерии, а самый младший, Валериан, подпоручиком. Да и Платон Александрович до своего «случая» служил, как и Дмитрий, секунд-ротмистром Конной гвардии и именно в этом чине был представлен Екатерине после того, как оказался командиром отряда охраны в Царском Селе.

Вскоре появились и его жена и дочери. Все Зубовы были представлены императрице. И каждого из них она приняла с радушием и лаской. Но с особенным расположением и сердечностью был встречен ею самый младший из братьев — семнадцатилетний Валериан, юноша не только красивый, но и обладающий многими иными достоинствами — смелостью, открытостью, весёлостью, в котором детская непосредственность соседствовала с живым умом и настойчивым стремлением быть во всём первым и непременно добиваться успеха.

Платон Зубов тут же заметил, сколь отрадное впечатление произвёл младший брат на шестидесятилетнюю императрицу и, опасаясь успеха Валериана, добился его отправки в действующую армию, к Потёмкину. В конце сентября 1789 года восемнадцатилетний Валериан Зубов, совершив головокружительный взлёт из подпоручика в подполковники, уехал к светлейшему с рекомендательным письмом Екатерины.