Максим Злобин. Право Вызова. Книга ВтораяПрямухин: Особенности Национальной Магии – 2
Глава 1 Про саксофон, который стал кларнетом
Предприниматель во мне визжал, как резаная свинища. Сердце обливалось кровью. Пу-пу-пу. Десять тонн «Кисюн де ля Жри» спешно выгружали из фуры и выбрасывали прямо в придорожную канаву. Рефрижератор пустел прямо на глазах. Цепочкой от одного к другому клюкволюды передавали ящики и без церемоний швыряли их, швыряли, швыряли… — Осторожней! — прикрикнул я на одного из детей леса; тот критику воспринял и стал вести себя осторожней. — Р-Р-Р-РАААА!!! — донеслось позади. — А хотя нет! — передумал я. — Быстрее-быстрее! — и клюкволюды заработали быстрее. Есть ли надежда на то, что химеры пройдут мимо и не тронут это изысканное лакомство? Вообще, наверное, есть. Может быть потом получится забрать корм? Может повезёт? А может не надеяться на повезёт и накрыть его чем-нибудь, а? Спрятать? Помнится, у поручика Пузо в багажнике есть брезент, вот только… вот только он весь угваздан зомбячим соком. Интересно, продастся ли элитный кошачий корм с трупным запахом, если выставить его по акции? 1+1 там или магнитик какой-нибудь в подарок? — Р-Р-Р-РАААА!!! — волна была уже совсем близко. Кузов фуры опустел и первыми в него полезли женщины и дети, — маленькие клюкволюдики и обворожительные клюкволюдочки, — а следом и все остальные. В последнюю очередь в рефрижератор погрузили связанного по рукам и ногам Яросрыва Неврозова. Казак визжал, брыкался и угрожал подохнуть прям сейчас. Я тем временем давал последние указания Мохобору. — По-русски ни слова! — инструктировал я. — В любой непонятной ситуации «кепаса», «пиньятта» или «гильмермо-дель-торо». Чо-то хорошее «си, сеньор», чо-то плохое «но» и башкой мотать из стороны в сторону. Записал? — Из стороны в сторону… — Давай ещё раз повторим. Кто вы такие? — Мы беженцы из… — Нихуя, Мохобор! Кто вы такие? — Э-э-э, — вождь подсмотрел листочек. — Гильермо-дель-торо? — Правильно! Ну всё, погнали! Кузьмич с грохотом закрыл рольставни грузовика, похлопал по кузову и побежал на пассажирское место. Я прыгнул в джип Вежливых Лосей, — за прошлые сутки я как-то уж больно сильно прикипел к поручику в качестве личного шофёра, — и машины рванули с места. Фура и три джипа. Искренне надеюсь, что мы быстрее волны. А стартовали мы очень вовремя, поскольку первые твари уже показались метрах в двухсот-трёхсот от нас. Не разглядеть какие именно — отсюда волна выглядела как сплошная стена из копошащихся частей тел, клыков, когтей и клювов. Над волной поднималось облако пыли. Над облаком пыли поднималась зубастая голова Жираньи. — Р-Р-Р-РАААА!!! Сука, какая же она огромная. В своей древесной клетке, свернувшись в три погибели, тварь выглядела не так внушительно, а теперь, — гляди-ка, — развернулась в полный рост. Метров… Сколько? Двадцать в высоту? Быть может даже больше. — Гони, поручик! Гони! Пятнадцать минут друг за другом по одноколейке, и мы выскочили на нормальную, широкую, человеческую трассу. Теперь джипы не тёрлись в хвосте грузовика, а взяли его в коробочку. Плюс ситуации заключался в том, что здесь мы могли разогнаться побыстрее; минус — в том, что мы повернули и волна оказалась не позади, а сбоку. Теперь мы не сильно-то удалялись друг от друга. |
