Группа пожилых дам перестала разговаривать при их приближении, и Глория почувствовала их невысказанную оценку ее внешности, когда они рассматривали ее. Ей хотелось сбежать домой к тете Джулии и ее тутовому вину, и тете Эмилии с ее тростью, скребущей по полу. Она жаждала оказаться где угодно, только не здесь, где ей было не место. Ради чего она согласилась прийти на этот чай? Как бы ни был добр Джонатан, неужели он искренне считал, что это пойдет ей на пользу?

— Джейн Остин, Эмма Девон и Мэри Дрексел, разрешите представить вам Глорию Моррисон. — Сьюзен грациозно склонила голову и, улыбаясь, подвела к ним девушку. — Вы же слышали о «моррисонах»? Так вот Глория и делает эти открытки.

Женщины в унисон перевели дыхание. А Сьюзен, сладко улыбнувшись, устремила взгляд на пару, показавшуюся в дверях.

— А вот и Максвеллы. Мне нужно поговорить с ними. Позже я подойду к тебе.

И она исчезла, оставив Глорию с незнакомыми дамами.

— Так вы та самая Глория Моррисон? — спросила Джейн, не скрывая своего удивления.

Несчастная Глория кивнула:

— Да, я делаю…

— О, моя дорогая, я прекрасно знаю, что вы делаете. Каждый знает, что собой представляют валентинки-«моррисоны». — Стареющее лицо Джейн осветилось, и она повернулась к другим дамам с удовольствием заговорщицы во взгляде. — Вы помните ту чудесную открытку, что я получила от Уильяма в прошлом году? Это была настоящая «моррисон». На ней стоял знак — цапля и все такое прочее.

Женщины сгрудились теснее, сгорая от любопытства и явно заинтригованные знакомством с нею.

— Как у вас так получается? — спросила Мэри с возбуждением в голосе. — А стихи… вы сами их пишете? И где вы достаете такие отличные кружева?

— И духи! — Вздохнула Джейн, закатывая глаза. — Моя открытка в прошлом году пахла сиренью и розами в позапрошлом.

— А мои — ландышем и гелиотропом, — радостно сообщила Эмма. Она посмотрела на Глорию с необыкновенным уважением. — Только подумать, что такая юная девушка, как вы, смогла завести такое дело! Я говорила мужу, что женщины не менее способны, чем мужчины, и рада найти подтверждение своим словам.

Все заговорили одновременно, и Глории с трудом удалось скрыть свое изумление. Они приняли ее, были счастливы говорить с нею и проявляли очевидный интерес к ее занятию. Объясняя процесс изготовления открыток, она видела в их глазах любопытство и зависть.

Невероятно. Она не могла скрыть своего удивления, когда Энн присоединилась к ним.

— Ты это знала, Энн? Она та самая Моррисон, поэтесса, которая делает валентинки.

— Разумеется, — тепло улыбнулась Энн. — Глория старый друг нашей семьи.

— Вы с Энн должны прийти к нам на второй завтрак в воскресенье, — предложила Мэри. — Мы будем рады видеть вас. Стоит только сказать, что я познакомилась с самой Глорией Моррисон, как все будут мне завидовать.

— А я вас приглашаю к нам на ужин в пятницу, — сказала Эмма, расстроенная тем, что Мэри опередила ее. — Придут все, а после мы отправимся в театр.

Глория улыбнулась, потрясенная своим успехом. Она была рада, когда Энн увела ее и угостила чашечкой чая и пирожными.

— Чему ты удивляешься? — спросила сестра Джонатана. — У брата отличные друзья. Я только сожалею, что ты не поддерживала с нами контакт все это время.