— Это очень важно! — предпринял я вторую попытку.

— Ну что такое? — она подняла на меня глаза. — Ты какой-то странный… Случилось что-то?

— Да… — я оглянулся и добавил шепотом: — Не хочу при всех… Выйдем на пару минут?

— Ну… — Грейнджер покосилась на гору учебников и тяжело вздохнула. — Хорошо, пойдем, только ненадолго!

В коридоре я огляделся по сторонам, отвел ее подальше от портретов и тяжело вздохнул, всем своим видом демонстрируя скорбь.

— Ну что случилось? — поторопила меня Грейнджер.

— Это касается Хагрида… — обронил я и трагически засопел.

— Что с ним?

— Не с ним… в смысле, ему очень плохо, но…

— Да объясни же ты толком! — вспылила Грейнджер, сделавшись очень похожей на мою сестренку. — Не тяни время!

— Клювокрыла все-таки казнили, — сказал я скорбно. — Помнишь, того гиппогрифа, который Малфоя поранил?

— Но сказали же… сказали, что его пощадили! — оторопела она.

— Именно! — воскликнул я. — Всем сказали, что его просто отправили подальше в лес, а на самом деле убили, как опасное животное. Хагрид узнал случайно, и теперь просто вне себя от горя… Ты же знаешь, как он переживает за всех зверей!

— Это ужасно! — прошептала Грейнджер, и мне на мгновение стало стыдно за наглую ложь. Но только на мгновение, потому что методы Риддла — они затягивают. — Как они могли! Ведь все видели, что Малфой сам нарвался!

— Да, но у него отец — влиятельная персона, вот и… — Я развел руками. — А нам просто не сказали, вроде чтобы не расстраивать, а на самом деле, чтобы замять эту историю. В школе и так все нервные из-за дементоров, а тут еще это…

— Понятно, но Хагриду-то от этого не легче! Могли бы и ему не говорить…

— Гермиона, все еще хуже, — сочинил я на ходу. — Ему велели отвести Клювокрыла в лес, ну Хагрид и пошел, тот же его слушался. Ну а там их уже ждали… и палач тоже… И на глазах у него…

— Представить себе не могу! — ахнула она, и в карих глазах заблестели слезы. — Просто нелюди! Бедный Хагрид!

— Не то слово, — заверил я. — И рассказывать ему запретили, вот мне он только записку прислал, а я даже не могу сходить к нему!

— Гарри, это опасно, — моментально опомнилась она. — Только не говори, что ты намерен…

— Да, — твердо ответил я, припомнив, что в подобных случаях у Поттера включается режим «слабоумие и отвага». — Я пойду к нему. И если ты в самом деле мой друг и друг Хагрида, Гермиона, ты пойдешь со мной. Но если твоя нумерология тебе дороже, что ж… иди, решай задачки.

— Гарри, но там дементоры!

— Их же отогнали подальше, — напомнил я, видя, что она колеблется. Сожаления я уже не испытывал, только азарт. — И… в общем, профессор Люпин научил меня вызывать патронуса.

Грейнджер помолчала, переваривая эту новость, потом спохватилась:

— А Блэк?! Он может быть где угодно, раз даже дементоры ему не помеха!

— Гермиона, до хижины Хагрида рукой подать! Луна светит, как прожектор, кого угодно можно за милю заметить!

— Да, только если он не невидимка! — парировала она, скрестив руки на груди непримиримым жестом.