Сегодня мы занимались противоядиями, но Поттера прямо с урока потребовали на фотосессию, и, конечно, о дальнейшем я знаю только со слов Тома, которого тоже вызвали для съемки. Ну и заодно проверили палочки на работоспособность и прочее…

Судя по рассказу Тома, скандально известная журналистка Рита Скитер чуть душу из несчастного Поттера не вынула, а насочиняла редкостной галиматьи. Правда, добавил он, вряд ли она вспомнит хоть слово из так называемого «интервью»! При этом Риддл настолько гадко улыбнулся, что я даже поежился. О Скитер я много слышал от папочки, но все равно же живая… тварь.

Ну а фотографии я потом видел: мадам Максим, директриса Шармбаттона, возвышалась над остальными даже сидя, Крам прятался за другими (он оказался стеснительным парнем, это я уже заметил), по бокам стояли Дамблдор с Каркаровым, а на переднем плане сияли звезды: Делакур с Поттером и Риддл. Том был в своем репертуаре: он улегся на пол, как на старых снимках, чтобы не застить остальных. А вот за газетами, в которых была его отдельная колдография, девчонки со всех факультетов гонялись, как ловцы за снитчем, и долго осаждали Тома просьбами подписать им этот номер…

Однако ситуация обострялась, поскольку Скитер все-таки выдала статью о Турнире, сосредоточившись на Поттере. То ли у нее было самопишущее перо с функцией запоминания (ну, как магнитофоны у магглов), то ли она просто выдумала большую часть, но Поттеру не давали проходу, особенно когда вычитали, что у «лучшего ученика школы» якобы роман с «прехорошенькой» Грейнджер.

Я не спорю, Грейнджер была очень симпатичной девушкой, пусть и не в моем вкусе, но Поттер никак не тянул на лучшего ученика. Я слышал, родители его были весьма одаренными волшебниками, но сам он… Правда, попади Гарри в руки Тому, тот сумел бы сделать из него первоклассного мага, раз уж задатки имелись, но Риддл что-то не спешил наводить мосты… Ну правильно, конкурент же!

Однако кое-что он все-таки делал…

— Не вам говорить о том, кому должно принадлежать звание лучшего ученика в школе, — говорил он, столкнув Крэбба с Гойлом лбами и подержав так (потом выяснилось, что он ляпнул на них обычного маггловского моментального клея, а мадам Помфри ой как долго искала противодействующее зелье!). — Собой сперва займитесь. Малфой, прекрати ржать! Я вижу, что ты уловил смысл шутки, но пойди-ка лучше сдай «хвост» по гербологии, не позорь факультет!

— М-да, — мрачно сказал Драко и ушел, добавив: — На Слизерине настали тяжелые времена!

— Девушки, — продолжал Том, обращаясь к девушкам. — Мисс Грейнджер, хоть и грязнокровка, во многом вас превосходит. Умом, к примеру. А еще у нее прекрасные волосы и зубы. И не надо хихикать, Панси, любому может потребоваться не только удаление зубов, но и коррекция носа…

Тут Риддл полюбовался своим кулаком, и двое ребят, явно хотевших что-то добавить, закрыли рты.

— Не позорьте факультет, — повторил он. — Вы слизеринцы или старые сплетницы? Чем очернять других, лучше поддержите меня… морально, я имею в виду. А для сохранения бодрости духа мне необходимы ваши отличные оценки по всем предметам, я ведь все-таки староста и болею за вас душой… Как вы, надеюсь, будете болеть за меня!

Девушки уставились на него влюбленными глазами, а Джинни вытащила блокнот и что-то записала. Я заглянул ей через плечо и увидел табличку с цифрами и пометками вроде «фото с улыбкой — 15 шт.», «фото с серьезным лицом — 10 шт.» и все в таком роде. Потом вспомнил вездесущего Криви с колдокамерой и понял, что Том не может не нажиться даже на таких мелочах…

Время понеслось галопом, и несколько недель миновали незаметно.

К сожалению, общаться с иностранцами теперь было сложно: Том был конкурентом их участников.