— Я здесь! — донесся с берега голос Лисила. — Не ныряй, пока не поймешь, что готова!

Магьер продолжала двигаться, прислушиваясь к голосу Лисила. Она не старалась подавить голод, и никогда еще — по ее желанию — он не становился настолько силен.

— Она уже что-нибудь нашла? — долетел издалека голос Брета.

— Она слишком долго в воде. — Это был уже Эмель. — Скажи ей, чтоб выходила. Это опасно.

По телу Магьер прошла едва ощутимая волна холода.

Долго? Разве прошло много времени? Усилием воли она отгородилась от этих голосов. Есть только Лисил, и голод, и Винн, которая ждет помощи. Холод отступил, и Магьер сделала еще один шаг.

Ее нога, обутая в сапог, задела под водой что-то твердое. Булыжник на дне озера?

Магьер вновь представила себе лицо Адриана... затем Вельстила, который стоит над кроватью Магелии и смотрит, как ее мать умирает, истекая кровью... и Чейна, который крадется вслед за ними по лесу близ Апудалсата.

Голод, подгоняемый яростью, хлынул в каждую клеточку ее тела, волной жара ударил в лицо. И тогда Магьер нырнула, широко раскрыв вооруженные ночным зрением глаза.

Скудные отблески лунного света плясали по дну озера, отчего казалось, что вода, придонные растения и камни, да и само дно дрожат и шевелятся, как живые, перед глазами. Магьер разглядела плоский камень, который проступал из донного ила, но, даже попытавшись ногой соскрести с него ил, она все же не смогла удостовериться, что это не простой булыжник. Тогда она нырнула глубже, опустившись до самого дна, запустила руки в мягкий ил и принялась отгребать его от камня пальцами.

Ей открылась плоская каменная плита — чересчур гладкая, чтобы быть случайным произведением природы. Продолжая разгребать ил, Магьер обнаружила, что на самом деле это не плита, а блоки из гладко отесанных камней, скрепленных раствором, образующие каменную полосу. Полоса терялась во тьме, где и обостренное зрение дампира ничего уже не могло различить. Магьер запомнила направление, в котором пролегла каменная полоса, и с силой оттолкнулась от озерного дна.

Она вылетела пробкой на поверхность озера — и увидела в опасной близости ярко пылающие факелы на башнях замка. Лихорадочно загребая, Магьер развернулась лицом к дальнему берегу.

— Нашла! — попыталась она крикнуть, хотя и не уверена была, что ее услышали. Челюсти у нее ныли, и говорить с клыками во рту было затруднительно.

— Возвращайся! — услышала она голос Лисила.

Сейчас он показался Магьер совсем маленьким и далеким. И вдруг силуэт полуэльфа начал блекнуть, словно растворялся в густеющей темноте. Магьер ощутила, как леденящий холод проникает в ее грудь, сковывает руки и ноги.

— Магьер! — закричал Лисил. — Сейчас же возвращайся!

Под ногами не было дна, и Магьер, не сводя глаз с Лисила, начала отчаянно грести. Она плыла, постепенно приближаясь к берегу, и силуэт Лисила снова стал отчетливей.

На лице полуэльфа был написан неподдельный испуг. Глядя на Магьер широко раскрытыми глазами, он сделал шаг, другой — и вот уже под его сапогами захрустел прибрежный лед. Что его так напугало?

Жгучий голод, еще недавно растекавшийся по жилам, вдруг исчез — и Магьер показалось, что в тело ее со всех сторон впиваются острые осколки льда.

— Магьер!

Руки и ноги мгновенно онемели от холода. Окоченевшие ноги перестали двигаться, выпрямились — и ступни тотчас ударились о что-то твердое. Это было дно озера. Из последних сил Магьер побрела к берегу, к Лисилу, и вот вода уже доходила ей только до пояса. Затем силы кончились, и Магьер вновь начала погружаться в воду.