|
Королева… сам понимаешь, она тоже это чувствует. Мы с ней об этом не говорили, но я знаю: будь ее воля, она бы мигом разогнала Инквизицию, а самого Гота отправила на костер — за все его бесчинства. Когда-то Инквизиция от чего-то защищала, но это давно в прошлом, а король все еще боится призраков и цепляется за старые законы, которые пора отменить. Вот тебе одна причина. Другая… Думаю, ты знаешь. Меркуд знает, что я Чувствующий и лечу больных с помощью волшебства. И боится, что в один прекрасный день меня поймают за руку. В общем, мы много всего друг другу наговорили… нежного и доброго. И я сказал ему, что не желаю больше здесь оставаться. Тогда он мне и предложил — съездить, развеяться и побольше узнать об истории Королевства. Наверно, он думает так: я пойму, для чего создавалась Инквизиция, и сразу всем все прощу… ну, или хотя бы стану более осторожным. Надеется на мое благоразумие… Кажется, Кайруса это не убедило.
— И ради этого он отправил тебя в Илдагарт? Тор задумался над этим вопросом. В глубине души он подозревал, что придумал не самое лучшее оправдание. — Вообще-то это неплохая идея. Смена обстановки мне не повредит. К тому же я хочу вернуться в Сердце Лесов и попытаться побольше узнать о Лисс. Мне почему-то кажется, что все завязано именно на нее. Кайрус кивнул. — Согласен целиком и полностью. Именно поэтому я еду с тобой. — Что? — Тор был потрясен. — Что слышал. Кстати, идея принадлежит Лисс, так что даже не пытайся спорить. Побереги силы. В этом я ничем не отличаюсь от твоего сокола: она говорит, а мы делаем. И вообще, я скакал за тобой шесть дней подряд и чуть не загнал лошадь! Просто для того, чтобы отправиться назад с чем пришел? — Но как ты мог уехать? — пролепетал Тор. — Как во Дворце обойдутся без тебя? — Если вы успели заметить, юноша, я уже уехал. И если без тебя во Дворце обойдутся, то без меня тоже. На самом деле, мне ничего не понятно. И самая непонятная часть всего этого — ты, Торкин Гинт. Единственное, что я уразумел — что мы с тобой связаны, опять-таки, непонятно как. И еще я знаю, что должен сопровождать тебя в этом странном путешествии, — он посмотрел в ярко-голубые глаза Тора. — Давай не будем спорить. Давай просто примем это как должное. Ладно… я отлучусь на минутку, хорошо? Кайрус развернулся и решительно зашагал прочь. Тор посмотрел на Клута, потом сокрушенно вздохнул. Он окончательно запутался. «Ну, и что ты об этом думаешь?» «Я не думаю, Тор, я делаю. Кайрус прав. Если Лисс ему сказала — значит, думать нечего. Все решения за нас принимает она». «Но как это понимать?» «Не задавай мне вопросов, на которые у меня нет ответов. Кайрус прав: мы трое каким-то образом связаны — это единственное, что нам известно. По крайней мере, нам с тобой. И еще — что мы должны выполнять волю Лисс. Какой у нас выбор?» Тор обдумал эти слова. «Ты прав. Но знаешь, над чем я очень много размышляю с тех пор, как мы уехали из столицы? Я не ожидал, что Меркуд так легко сдастся. Стоило мне чуть-чуть нажать — и он уступил. Думаю, он знает больше, чем говорит». С этим Клут был согласен. И сам Меркуд, и его цели вызывали у него большие подозрения.
Ночь была отдана отдыху. Наутро двое всадников и птица продолжали путь на север. Через несколько часов Клут подлетел и приземлился Тору на запястье. — Что-то не так? — небрежно бросил Кайрус. Тор покачал головой, однако это означало скорее «не знаю», чем «нет». Обычно Клут никогда не садился ему на руку. Некоторое время сокол сидел неподвижно, потом покосился на Тора желтым глазом. «Я не сказал тебе раньше, потому что хотел все обдумать. |
