Его руки крепко держали ее.

— Нет, — сказал он. — Говори правду! У меня много недостатков, но еще ни одна женщина не говорила, что я смешон.

— Извини, я не это хотела сказать…

— Но почему ты вообще употребила это слово? Знаешь что, давай-ка присядем, — предложил Алексис. — Хочешь ты или нет, но есть вещи, о которых мы должны поговорить.

Зои подчинилась по той простой причине, что ее ноги и так подкашивались. Она чувствовала себя крайне неуютно из-за всего, что произошло. То, что Алексис все еще испытывает к ней физическое влечение, было ясно из того, как страстно он держал ее в объятиях минуту назад. Он уже говорил о себе, что ум не в состоянии контролировать тело. Она тоже хотела его, больше, чем могла себе признаться. Правда, желание являлось для нее неотъемлемой частью любви, и в этом заключалась разница между ними.

— Я готова уехать, как только найду убедительный предлог для Софии, — сказала она, понизив голос. — Больше всего мне не хочется, чтобы девочка узнала правду. Думаю, тебе тоже.

— Естественно. Она будет знать только то, что должна знать. — Потом, после короткой паузы, он безапелляционно заявил: — Мы поженимся, как только вернемся из круиза.

— Это более чем великодушно с твоей стороны, — наконец произнесла она, — но совсем не нужно брать на себя такие обязательства. Ты мне ничего не должен.

Темные глаза загорелись каким-то внутренним огнем.

— А ребенок, которого ты, возможно, носишь? Это тоже ничего?

— Это еще не факт, — нервно сжимая пальцы, сказала она. — Есть надежда, что нет.

— Надежды, — возразил он, — очень мало. Что был бы я за мужчина, если бы ждал последствий моих действий, не предложив компенсации!

— Мне не нужна компенсация! — безуспешно убеждала она его. — Я знаю, что ты считаешь любовь в браке не столь существенной, но я так не считаю. Есть также много других причин, по которым мы не можем быть вместе. Я даже не из твоего круга, Алексис. Как можешь ты, в твоем положении, жениться на ком попало?

Он долго смотрел на нее в молчании.

— Твой отец тоже считает себя кем попало? — спросил он.

Она покраснела.

— Нет, конечно, нет. Я не это имела в виду.

— Тогда что ты подразумеваешь? Она беспомощно взмахнула руками.

— Тебе нужна жена из твоего круга. Кто-то из твоей среды. Я же едва владею греческим.

— Немного практики — и это поправимо. Также нетрудно изучить и наши обычаи. Они не намного отличаются от твоих.

— Да, это так. Но у тебя отличный от моего взгляд на женитьбу. Ты считаешь жену вещью, подобной всем остальным. Тогда как я считаю брак содружеством двух партнеров с равными правами.

— Это все глупая болтовня.

— А любовь? — продолжала Зои с упорством — Я никогда не смогу выйти замуж без нее.

— На его строгом лице отразилось некоторое колебание в ответ на это неожиданное заявление.

— Ты что, отказываешь ребенку в праве иметь имя?

— Есть шанс, что этого не случится, — повторила Зои. — Зачем ввязываться в то, о чем мы оба пожалеем, если это окажется ненужным?

Алексис продолжал убеждать ее с прежней настойчивостью.

— Ты говоришь, что согласишься, только если убедишься, что беременна?

Разве так она сказала? Зои уже не знала точно. Брак не входил в ее планы.