— Что еще он сказал? — жадно и нетерпеливо спросил Бедлам, когда я замолчал.

— Да, собственно, это все, — пожав плечами, ответил я, сделав хороший глоток из бутылки. — Я уже говорил Лучнику, что вам нужно самим пообщаться с Вождем, он наверняка сумеет помочь… Может, расскажете мне, что вы все-таки здесь ищете? — попробовал я немного прояснить ситуацию, но мои нездешние коллеги не спешили откровенничать.

— Вот Пабло, — продолжил я, приложившись к бутылке в третий раз, — он ученик Вождя, и наверняка смог бы рассказать вам больше, но, как вы знаете, он остался в Бам-бее вместе с Падальщиком. А я просто могу ввести вас в заблуждение, так как совсем не обладаю информацией по этому вопросу. Я просто говорящее письмо, — печально улыбнулся я, подведя итог всему вышесказанному.

— Да-а-а, — огорченно резюмировал Бедлам, — сказал бы ты мне об этом раньше, я бы уже давно с Пабло обо всем потолковал.

— Ладно, — отмахнулся я, неожиданно чувствуя, что не на штуку пьянею, — я сам о многом узнал буквально полчаса тому назад. Так что, брат, не взыщи. Но может, вы все-таки расскажете, что ищете? Ничего не зная, мне очень сложно вам…

— Теперь мы уже и сами ничего не знаем, — сказал мне Лучник.

— Не скрывайте, — не сдавался я, — что вы искали в самом начале нашей экспедиции?

— Мы искали некое тайное общество, — Лучник переглянулся с Бедламом, — которое бы занималось тем, что искало людей, пытающихся пройти к Менторам для загадывания желаний.

— Зачем оно вам? — искренне удивился я. — Странно, конечно, но должен отметить, что за всю мою сталкерскую жизнь меня подобные вещи никогда не интересовали. Возможно, потому, что в момент моего пробуждения и возвращения в человеческую личность — желания в Ареале уже никто не загадывал и не исполнял… Но Пабло недавно рассказывал мне, что такие люди были раньше, когда-то. Называли их Перехватчиками.

Лучник с Бедламом снова обменялись многозначительными взглядами.

— Еще Пабло говорил, — продолжал я, — что ребята эти были отмороженные на все головы. Они стремились остановить всякого, кто пытался найти исполняющего Наставника, и согласно своим убеждениям всех пойманных вешали, без суда и следствия. Причем вешали вдоль основных маршрутов, как бы в назидание другим желающим, а может, просто ради куража.

— Наши человеки… — еле слышно пробормотал Лучник, но я расслышал.

Интересно он употребил множественное число слова «человек». Я в такой форме это слово только в русском переводе Библии встречал, и в некоторых текстах на старославянском, которые читал по программе в универе. Эх, как давно это все было, три жизни назад… и отнюдь не в фигуральном смысле. Но до сих пор помнится, как мы старые бумажные книги добывали, истинные раритеты в нашу эпоху пластибумаги и электронных читалок. У меня тогда был хороший знакомый, Сережа Стульник, так он ухитрялся настолько древние книги у антикваров и частных коллекционеров добывать почитать, что аж дух перехватывало! Мы с ним даже первое издание «Острова в океане» Унайтера в руках благоговейно подержали… Изредка, когда возникает ассоциация, я вспоминаю о том, что случилось со мной почти двадцать лет тому назад, и пытаюсь представить, что было бы, если.