Колдун выглядел потрясенным.

Уолли вернулся к досмотру содержимого балахона.

— Так, что в этом кармане? Ага, здесь у нас молния.

Он показал окружающим пистолет. Это был простой одноствольный пистоль. Курок его был не слишком хорош, зато механизм был с фосфорным запалом — очень умно. Украшения на рукоятке — серебряные и перламутровые. Еще был запас пуль и отдельно — горстка пороха в кожаном мешочке, играющем, по-видимому, роль порохового рожка, к счастью не промокшего.

— Это, я полагаю, вы называете громовым порошком. Его делают из серы, древесного угля и селитры.

Уолли осмотрел пистолет и объяснил, почему он стреляет. Ннанджи нахмурился, остальные пораженно молчали.

Ротанкси побледнел. Это объяснение подействовало на него больше, чем прямые угрозы.

— Кто ты? — вопросил он.

— Как ты уже сказал, меня зовут Шонсу. Я на стороне Богини и воинов, и я собираюсь привезти тебя в Каср и продемонстрировать оружие. Собственно, за ним я и пришел, ты достался мне уже как приз. Я надеюсь стать предводителем и отвратить сбор от такой глупости, как прямая атака Сена.

Колдун откинулся на борт шлюпки с победным видом. У него было надменное аристократическое лицо с глубоко посаженными глазами, прямым носом и тонкими губами — хорошее лицо для правителя, помесь римлянина с готом.

— Ты опоздал, Шонсу. Вчера воины провели свою дурацкую церемонию, постаравшись перебить друг друга, чтобы посмотреть, кто из них лучший рубака. Победил этот юнец Боарийи. Смешно выбирать предводителя по длине рук!

Ннанджи пробормотал проклятие и уставился на Уолли, пытаясь понять, можно ли верить услышанному.

— Так они выступили? — поинтересовался Уолли.

Поколебавшись, колдун сказал:

— Они погрузятся на корабли завтра с зарей.

— Быстро! — как можно невиннее сказал Уолли. — А еда, снаряжение…

Ротанкси презрительно усмехнулся:

— Им больше ничего не остается. Потому что у них не осталось денег.

— Ладно, тогда мы остановим их и убережем от ваших больших молний.

— Ха! Не сможете! Они отправились в Уол, а не сюда. Возможно, они еще изменят свое решение, в таком случае Сен всегда готов их встретить.

— Уол гораздо дальше, — сказал хмуро Уолли, — это кажется просто глупым, особенно если знать, что килты посланы тобой. Почему Уол?

— Они думают перехитрить колдунов! — В голосе Ротанкси разливался океан презрения.

— Но пока, кажется, Лорд Шонсу перехитрил тебя! — заметил Катанджи.

Тут же разговор прекратился. Старик сжал губы. Он и так слишком много сказал.

— Но я не думаю, что Лорд Боарийи так самонадеян!

Уолли показалось, что Ротанкси собирался еще что-то сказать, но передумал. Возможно, поход на Уол был выношен дядей Зоарийи, и колебания колдуна объяснялись тем, что он знал об этом. Он был чрезвычайно хорошо информирован обо всем, что происходило на сборе, даже о финансовой стороне.

— Ты проиграл, Шонсу! — с удовлетворением сказала Доа.

— Надеюсь, что нет, миледи, — постарался доверительно ответить Уолли, хотя не чувствовал никакого к ней доверия, — я предпринял шаги, чтобы удержать сбор от выступления.

Она нахмурилась, выражая сомнение.

— Милорд, — спросил Катанджи, — как они узнали, что Лорд Боарийи стал предводителем?

— Голуби! — сказал Уолли. — Их шпионы используют голубей, которые возвращаются в свои гнезда Сена.