— Для тебя, — ответила Коди. — Но следует помнить, что мой родной язык не английский.

Глаза Брайнны расширились.

— Нет?

Коди побледнела, когда поняла, что проговорилась перед Брайнной и Шон.

— Хм, нет. Я родилась в Греции и моя мать египтянка.

— Правда? — ахнула Брайнна и посмотрела на Ника. — А мы только про Грецию говорили. Так первым ты выучила греческий или арабский?

Ник приподнял бровь, ожидая ее ответа… Хотя в современном Египте и говорили по-арабски, мать Коди была древней богиней. Так что она росла, разговаривая на иератическом и демоническом египетском — мертвых и забытых языках. Даже ее греческий — произошедший от койне-греческого диалекта Кириана, отличался от современного.

— Греческий, — сказала она быстро.

«Дешево отделалась».

Коди бросила на него раздраженный взгляд.

«Не говори со мной в таком тоне. К твоему сведению, по-арабски я тоже говорю свободно. Мой отец несколько лет прожил среди кочевых племен Северной Африки».

Странно, но этого он не знал.

— Впечатляет, — сказала Шон. — У тебя совсем нет акцента. И как тебе так повезло?

Коди пожала плечами.

— Хорошая генетика. Хотя моим родителям легко давались языки, но от акцента им так и не удалось избавиться. А вот моим братьям удалось.

Брайнна ахнула еще громче.

— Не знала, что у тебя есть братья. Почему они не ходят в нашу школу?

«Ты сегодня раскрываешь всевозможные секреты. Кто-то наслал на тебя заклинание правды?» — передал ей Ник свою мысль.

«Знаю! Помоги!»

Ник кашлянул:

— Ее братья намного старше. Они не живут в штате.

— А, — Брайнна кивнула. — Поверь мне, я понимаю. У меня огромная семья по всему миру. Та еще заноза.

Прозвенел звонок.

Ник громко застонал, ученики потянулись к классам.

— И где мой геморрой? Странно, что он не рядом со мной.

— Может, он болен, — предположила Брайнна, не зная, что Калеб был демоном-полубогом и не мог болеть.

Ну, однажды он заболел, но это были особые обстоятельства и такого не должно было повториться. Господи, да он молился, чтобы этого больше не произошло.

Когда они направились в класс, к ним по холлу подлетел Калеб.

Ник приподнял бровь.

— Что-то не так?

— Будильник не сработал.

— Странно.

— Да, — сказал Калеб язвительно. — Ты себе не представляешь. Аэрон тоже проспал.

А вот это странно. Расчудесный Леголас мог бы поспорить с мамой Ника на деньги, что никогда не будет никуда опаздывать. Кроме того, он придерживался ужасного жесткого военного графика. Он был не богом войны, а человеком с обсессивно-компульсивным расстройством.

Ник скривился.

— Опять зайттигеры?

— Не смешно.

— Да я и не шучу, — потому что хранители времени со своими серпами обезглавливали тех, кто злоупотреблял временем, и о таком не шутят. Особенно учитывая, что они выглядели, как доктора, лечившие чуму, и казалось, будто у тебя галлюцинации о фильме ужасов в стиле вуду.

И они капают кровью на твои единственные ботинки, пока ходят за тобой, как жуткие тени, от которых не отмахнуться.

Да, Ник не стал бы шутить о таком.

Наверное, это причина, чтобы завести еще одну пару ботинок. Девчонкам может понравится.

Ему все еще снились кошмары, после последнего столкновения с этими жуткими существами.

— Знаешь, — медленно начал Ник.