Ник сморщил нос.

— Дрянские знаки? Так вообще говорят?

— Конечно, я сам это только что придумал.

Ник фыркнул.

— Ладно. Плевать. Надо его найти. Хотя бы потому, что нам не нужно, чтобы он как-то разоблачил себя на публике.

— Ага, — сказал Калеб язвительно. — Есть закон против публичного раздевания.

Коди грустно вздохнула.

— Думаю, знаю почему боги сделали вас такими красавчиками. Иначе вы были бы невыносимы.

Засмеявшись над ее подколкой, которая означала, что она проводит с ними слишком много времени, Ник замер в коридоре, заметив, как мимо них прошел Нейтан.

В нескольких шагах от них он медленно повернулся, как будто пытался расшифровать странные номера кабинетов и свое расписание.

Ему стало почти жалко паренька, когда он вспомнил, каким потерянным чувствовал себя в первые дни. Номера кабинетов на первом этаже раздавал какой-то полубезумный демон. Они были бессмысленны для любого, кроме пьяного чокнутого, который повесил их на двери, чтобы помучить других.

Пусть Ник и ненавидел себя за порыв, но обнаружил, что заинтересовался этим бородавочником.

— Тебе помочь?

— 114 кабинет? — Нейтан почесал макушку. — Он же должен быть между 112 и 115?

Он указал на шкафчики на месте двери.

— Но и 113 я тоже найти не могу.

— Это потому что 113 — спортзал.

Нейтан нахмурился.

— А?

— Вот именно. Обычно не спрашивают почему. Нужно просто пойти в кабинет и постараться не расплакаться, — Ник рассмеялся над озадаченным выражением лица парнишки. — Добро пожаловать в Св. Ричардс — обитель неспособных научиться чтению и просто буйно помешанных. 114 кабинет — лаборатория биологии. Вниз по коридору, потом направо, рядом с туалетом, напротив 130 кабинета. Потому что зачем кому-то что-то понимать.

Он приподнял бровь.

— Ага… не задавай вопросов. Логика и разум давным-давно помахали этому месту ручкой. Как думаешь, почему это место называют «заведением»?

Нейтан рассмеялся.

— Ясно. Спасибо.

— Да без проблем.

Он протянул руку Нику.

— Кстати, я Нейтан.

— Ник, — немного поколебавшись, он пожал ему руку. Сейчас, рядом с этим парнем он не понимал, почему раньше чувствовал себя так странно. Нейтан вроде ничего, если не считать, что тот был одного роста с Ником, который предпочитал возвышаться над людьми.

У него было такое маленькое эго, что это была единственная вещь, которой он мог нормально гордиться и которую не мог отнять никто, кроме Ашерона, Ксева и папы-медведя Пельтье. И по сравнению с Ашероном и Папой-медведем, он был коротышкой-каджуном. Эти двое были гигантами современного мира со своими семью футами роста.

Ник покосился на Нейтана и не заметил рогов в густых темно-русых волосах. Когда их кожа соприкоснулась, он не почувствовал никаких предупреждающих сигналов. У него были обычные ясные голубые глаза. Умные, но не демонические, без зрачков в форме бриллиантов.

Блин, да у него даже прыщей не было.

И конечно же, зараза был одет лучше. Хотя, это относилось ко всем. Чирайз Готье считала, что эти гадкие бесформенные гавайские рубашки престарелых туристов могли уберечь ее сына от неприятностей. И они были лучшим средством контроля рождаемости, потому что не одна особа женского пола не смотрела на него с мыслью — так и съела бы. Так что Ник носил их со всей гордостью, на которую был способен.

Кстати, гордости там было на волосок.

Опустив руку, Нейтан заметил за плечом у Ника ожидавших его Коди и Калеба.

— Коди сказала мне, что ты ее парень.