Тяжело дыша, он убрал когти и посмотрел сузившимися глазами на Коди.

— Ты знаешь космические законы. Он мой хозяин. Я не могу причинить ему вред. Есть только один способ… — он дернул головой в сторону кровоточащей руки Ника. — Что-то высасывает из него Малачая.

— Как такое возможно? — выдохнула Коди.

— Не знаю, не слышал о таком раньше.

Краска отлила от лица Коди.

— Калеб, если кто-то об этом узнает…

— Поверь мне, Найрия, я знаю… Он труп.

Глава 4

Аэрон прижал руки к глазу, пытаясь не дать черепу треснуть. Хотя он бы не возражал, если бы это прекратило боль. Пожалуйста, что угодно, но пусть перестанет болеть…

Он с трудом приоткрыл второй глаз, чтобы понять, куда его черти занесли, потому что его посетило дрянное ощущение, что это не дом Калеба.

По заплесневелому и потрепанному состоянию места стало ясно, что это не Св. Ричард, если только он не очутился в куче грязного мальчишечьего белья.

И в этом случае стиркой не озадачивались несколько дюжин декад. Или даже больше.

«Фу, больше не буду жаловаться на вонь Даева», — если честно, то он уж лучше зароется носом в волосатые подмышки Калеба после тренировки в августе, чем будет дышать этой невообразимой вонью. Пахло даже хуже ботинок Дагды, который долго преследовал Морригана. По сравнению с ней даже Кун Аннун был прекрасным лебедем.

Он сел и замер. В двух дюймах от его носа была самая уродливая собака, которую он когда-либо видел. Не хватало только красных ушей и завывания, чтобы понять, что смерть близка.

— Привет, щеночек. Уверен, я могу дать тебе пожевать отличный тапок.

«Если ты сунешь мне свой ботинок, я зашвырну тебя туда, где солнце не светит, ирландец».

Уронив руку, Аэрон улыбнулся от неестественного тона.

— Не ирландец, если уж говорить точно. А ты кто, Скуби?

«Не Скуби».

— Адская гончая?

«Почти, если быть точным».

— Языкастый ты засранец.

«Побудешь здесь столько же и тоже станешь».

— А это где? — Аэрон старался говорить безразличным тоном.

«В Асмодее».

Ну конечно же. Аэрон громко застонал.

— Я так понимаю, ты на плохой стороне изгороди?

«А есть хорошая?»

— Торна.

«Я ничего не знаю о Торне».

— Ну вот и ответ, — Аэрон посмотрел на сырые иссиня-черные стены его импровизированной тюрьмы. По ним сочилось нечто вроде густого масла. По крайней мере его не связали. Но это бы им не помогло. Тяжело связать пуку, и хотя он все еще немного злился на свою семью за их проклятие, но за это даже можно было бы поблагодарить.

Он сидел и смотрел на зловещие голубые огоньки, которые летали над их головами. Они пульсировали, как живые создания. Он поморщился от вида того, что по его мнению было остатками бедного чудовища, у которого выдался денек похуже этого. Слава богам его останки не светились после смерти. Ему бы не понравилось, если бы его внутренности так использовали.

— А ты случайно не увидел, что принесло меня сюда, парнишка?

«Демоны Таахики».

Это объясняет вонь. Они были хорьками демонического мира. Он неделями будет смывать этот запах с кожи.

— А теперь я задам до нелепого риторический вопрос.

«Нет, выхода отсюда нет».

— Хоть бы дал задать его. Но раз ты все испортил, то задам другой. Мой повелитель потерял свою гончую хэл. Может ты знаком с ним? Его зовут Завид.