Калеб отсалютовал ему.

— И так, когда родился сын Джероса, Эвандер, и убил Джероса, он осознал, что однажды его сын сделает то же самое. Эвандер решил, что лучший способ отомстить за это маленького проклятие — пленить двух созданий, которые навлекли это на него и его потомков, и сделать их рабами на веки вечные. Более того, он решил кормиться их силой и сделать их своими генералами, которые бы служили ему и его армии.

— Ну, это объясняет гадкое отношение Грима ко мне. — Он больше не был богом смерти, и его действия зависели от воли Малачая. Да, у Ника тоже были бы проблемы с этим. — Когда мы впервые встретились, он сказал, что был ангелом смерти.

Калеб фыркнул.

— В некотором роде. Даже будучи богом, он не был главным божеством, а скорее своего рода эскортом. Спустя века падения и того, что Эвандер сделал с ним, он понял, что под знаменем Малачая у него была работёнка получше. Хотя понижение в должности все еще было проблемой.

Ник наконец-то достаточно удерживал контроль, чтобы вернуться в человеческое тело.

— И я бесил его даже больше, когда пренебрегал им.

— Да, бесил, — агрессивно произнес Калеб. — Но это то, что ты делаешь лучше всего, Готье.

— Спасибо.

— Ну, да ладно. И у меня это выходит лучше всего. Вот почему мы ладим.

Ник фыркнул, зная, что Калеб был прав. Его голова всё ещё кружилась от количества информации, и он попытался разобраться со всем этим.

— Есть какой-нибудь способ вернуться и помочь Чарити и остальным? Не хочу оставлять её там раненой.

В странных глазах Джейдена появилось сочувствие.

— Это не твоя битва, дитя. Извини.

— Но если ты изменишь то, что происходит… если мы узнаем, что пошло не так, то её мир будет не таким.

Ник обдумал слова Ксева.

— Всё это время мы пытались остановить Амброуза.

Ксев кивнул.

— И оказалось, это не Амброуз. Всё это время ты был прав. Проблема не в тебе.

— Мне не лучше от того, что это мой ребёнок.

Джейден напрягся от этих слов. Но слишком поздно, он осознал, что его собственные сыновья заметили его непроизвольную реакцию.

Они обменялись безмолвными, горькими взглядами взаимной обиды братьев на своего отца. Хотя Ник был рад видеть, что в этот раз они поладили, но ему было неприятно, что их объединила ненависть к отцу.

Коди прокашлялась, пытаясь их отвлечь.

— Ты узнал ещё что-нибудь из будущего?

— Не так уж и много, но мы встретили дочь Кириана. И двух детей Сими.

Из глаз Коди тут же покатились слёзы.

— О Боже мой! Люси и Амара были там! — выдохнула она. — Они живы?

Это шокировало не меньше их открытия.

— Ты знаешь о них?

Она кивнула, плача еще сильнее.

— Я никогда не упоминала о них при тебе, потому что предполагала, что они давно мертвы. Так что в этом не было необходимости. — Она издала лёгкий истеричный смешок. — Не могу поверить, что они пережили нападение! Я так рада, что они справились.

— И ты знаешь, что Люсьен замутил с моей дочерью?

Шок от этого мгновенно остановил её слезы. Она резко и оглушительно икнула.

— Серьёзно?

Он кивнул.

Шмыгая носом и улыбаясь, она вытерла свои глаза.

— Ну, поскольку я понятия не имела, что у тебя есть дочь, нет, я не знала об этом.

— Ты знаешь, кто их отец? — спросил Калеб.

Она кивнула.

— Не хочешь рассказать?

Прикусив губу, она элегантно вытерла глаза рукавом, затем прокашлялась.

— Принимая во внимание, кем они являются и как собрались вместе, думаю, не лучшая идея делиться этим с присутствующей здесь компанией… Эти знания могут изменить будущее.