Она знала, что он желает ее. И ей хотелось отдаться ему. Но ведь он скорее повесится… Тэйлор вырвалась из его объятий.

– Вы забываетесь, мистер Росс, – сказала она, заикаясь. Лицо ее горело, она с трудом дышала, но изо всех сил старалась вести себя, как подобает леди.

Однако с ним этот номер не прошел. Он снова обнял ее, поцеловал продолжительно и крепко, а когда в конце концов отпустил, она с трудом могла сообразить, что происходит.

Тэйлор пришла в себя только через минуту – из-за громкого, самоуверенного свиста. Свистел Лукас, Планирующей походкой направляясь к двери. Она пригладила растрепавшиеся волосы, громко вздохнула и пошла проверить, как там Виктория. Ее подруга крепко спала. Тэйлор поправила на ней одеяло, закрыла окно, чтобы она не простудилась, а потом на цыпочках вышла из комнаты. И вдруг вспомнила о заметках, которые составила и хотела обсудить с Лукасом. У нее чуть было не сорвалось совсем неблагородное восклицание, но она вовремя остановилась. Теперь придется ждать до завтра, чтобы узнать, как муж относится к идее поместить в газетах объявление и нанять частного сыщика. Она не думала, что он станет возражать, ведь им важно получить всю возможную помощь; но раз уж он взялся за поиски, всякое новое предложение следует обговорить с ним. Тэйлор достала листок и положила на стол, чтобы опять не забыть.

Потом она опустилась на стул. С того вечера, как она узнала об исчезновении малышек, у нее появился собственный ритуал. Она молилась за Лукаса – каждый раз, когда он отправлялся на поиски девочек. Ее мольба к Господу имела двойное содержание. Она просила Его охранять Лукаса от всякого зла и помочь ему найти детей. Когда к поискам присоединился Хантер, она, конечно, прибавила и его имя к своей просьбе.

Тэйлор не могла долго усидеть на месте. Ходить взад-вперед по комнате тоже стало ритуалом. Так она волновалась, молилась и ходила по комнате до тех пор, пока не вернутся Лукас и Хантер.

Возможно, сегодня они снова вернутся ни с чем.

– Прошу Тебя, Господи, – шептала она снова и снова, – пусть они найдут моих малышек.

У Лукаса и Хантера было на сей раз ощущение, что они напали на верный след. Им удалось разыскать человека по имени Бойд. И сейчас они сидели с ним за круглым столом в углу салуна и пытались завоевать его дружбу тем, что Хантер платил за его виски. В их задачу входило напоить его так, чтобы он готов был продать родную маму. Через час они достигли своей цели. Бойд взглянул на деньги, которые предлагал ему Лукас, и начал говорить. Он был уверен, что оказывает Бордерам хорошую услугу, так как Хантер намекнул, что они готовы купить близнецов. А деньги – не проблема, хвастался Хантер, с тех пор как он заработал свое состояние.

Бойд был до крайности неприятной личностью. Он был начисто лишен какой бы то ни было морали и к тому же страшен как смертный грех. У него была грубая рябая кожа, а веки его были так тяжелы, что ему приходилось скашивать глаза, чтобы видеть. И еще ему была свойственна отвратительная манера складывать губы куриной гузкой каждый раз, когда Хантер упоминал о деньгах. Создавалось впечатление, что он пробудет на вкус собственную жадность.

Лукас не произнес практически ни одного слова. Он боялся, что голос может его выдать. Ненависть к чудовищу, сидящему напротив, сжигала его изнутри. Это животное, притворяющееся человеком, спокойно обсуждало удовольствия, которые сулит юная плоть.

Лукасу хотелось убить его.

И вот тут приходилось отдать должное Хантеру. Лукас понимал, что его другу так же, как и ему самому, отвратителен этот бесстыжий человек, но ни его лицо, ни голос не выдавали всей его ненависти.