Запертые врата королевского дворца не имели особых особенностей. Их даже магическим раствором нельзя было укрепить. Поэтому они получили по полной, когда вся вражеская армия подошла впритык и влила урон.

Я щурил глаза недолго, отслеживая, насколько быстро улетает прочность. Такой урон выдержать не по силам никому. Я лишь надеялся, что каждая секунда проходит не зря. Каждая секунда помогает Отрешённому выполнить поставленную перед ним задачу.

Врата просто исчезли, когда их уничтожили. А затем, практически не задержавшись, "зерг" ринулся вперёд.

Здесь его поджидал небольшой сюрприз, ведь навстречу полетели магические умения, стрелы и умения агрессии. Тех, кому не повезло быть вырванными из плотных рядов, накрыли сразу. Из-за узости пространства, спрессованная вражеская пехота не могла сохранять преимущество. Ей необходимо было ворваться и расползтись по всему тронному залу. Но пока удавалось лишь дохнуть в галактических количествах.

Сквозь яркие магические вспышки, сквозь булыжники и молнии, я пытался рассмотреть Дрифтера. Выискивал орочью рожу и тёмно-красные доспехи. Но тот, видимо, всё же был не до конца дурак. Первым в пекло не полез. Пустил тех, кого у него и так куры не клюют — пустил мясо.

"Мясо" жарилось и коптилось в дверном проёме. В первые несколько секунд, или, может быть, минут, оно не смогло продвинуться ни на шаг. Лишь когда мы потеряли самых крепких "танков", пребывавших на острие, Антошка дал команду на зерг-раш.

— Раздавить тараканов!

Орочьий бас звучал весьма аутентично. Да и с высоты его игрового роста, наверное, большинство из нас выглядели как тараканы. Здесь я не мог его винить.

Но ответил я ему, как мне показалось, достойно.

— Выдавить выродков обратно! — эльфийский голосок звучал менее грубо, но злости и ярости в нём хватало.

Но ни одной из сторон не удалось получить решающее преимущество. Удалось сойтись вплотную, когда одновременно обе стороны перешли в наступление.

Место сражения превратилось в настоящий кавардак. Я вообще не понимал, что происходит. Взглядом сложно было кого-либо выделить, не говоря уже о том, чтобы кого-то подстрелить. Я лишь успевал смотреть на икону и видел возрождавшихся игроков.

— Давите козлов! Они тают!

Хоть я закричал именно так, понятия не имел, тают козлы или нет. Мой мирок превратился в узкое пространство, которое я способен был разглядеть из-за колонны.

Но всё же враг понемногу продавливал наши ряды. Шаг за шагом. Умелые "танки" падали, и вернуться в строй уже не могли из-за чудовищной толкотни. Кое-где враг просочился по краям и вступал в одиночные схватки, где решал уровень и экипировка.

Такие схватки я заметил недалеко от колонны, где прятался. И даже крепче сжал обнажённые мечи, собираясь показать каждому, что "энханцер" — это не только важный саппорт, но и чуть более чем посредственный нагибатор.

Но мне не позволили скрестить клинки.

— Лёха! Лёха! Смотри! Смотри быстрее! — меня за руку теребил Искандер.

Ранее, изначально выбрав самое безопасное место, он топтался на ступенях. Изредка подливал "ману" или давал барьеры тем, кто пытался перестреливаться с балкона. Ну и, соответственно, наблюдал, что творится во внутреннем дворе.

И теперь что-то там увидел.

— Чего? — нахмурился я.

Но он ничего не ответил. Вцепился в мою руку и потянул за собой.

Откуда-то снаружи раздался ужасный вой. Нет, не вой какого-то фантастического монстра. А вой человеческий. Вой игроков.

В два прыжка я преодолел несколько ступенек, неестественно вывернул голову, чтобы получить максимальный обзор, и выглянул с балкона.

В проёме между двух сторожевых башен, через то место, где около получаса назад магесса Элария зафутболила тело графа Иерониам Лаури прямо в стену, присев на длинных костлявых ногах, пыталось втиснуться трёхметровое многоногое чудовище.