— Теперь я помогу тебе стать сильнее, — она повернулась на бок и указательным пальчиком осторожно коснулась эльфийской груди. Пальчиком, кончик которого светился ярким голубым светом. — Если ты такой хороший воин, каким кажешься, если твои воины за тебя горой, никаких сложностей у вас не возникнет, когда вы впервые столкнётесь с ужасными монстрами, что обитают недалече. Те места кишат ими. Но для умелых "непосвящённых" они не станут проблемой. Помни лишь о том, что в одиночку там делать нечего — накинутся и с лёгкостью разорвут на части.

— Я уже давно не хожу в одиночку, — усмехнулся я. — Окромя, конечно же, свиданий с прекрасными женщинами. В таких ситуациях напарники мне не нужны.

— Ты уверен? Может быть, с напарником или напарницей прийти на свидание было бы куда интереснее. Интереснее для всех сразу.

Я недоверчиво посмотрел на неё, краем глаза наблюдая, как по эльфийской груди расплывается голубое пламя.

— Что? — Вивиарис хитро улыбнулась. — Неинтересно?

— Не хватало, — буркнул я.

Волшебница засмеялась и уткнулась в моё плечо.

— Право, это так весело тебя разыгрывать.

— У Амелии научилась? — попытался я поддеть в ответ.

— У неё тоже есть чему поучиться, — всё ещё смеясь, согласилась она. — Разве ты ещё не понял, насколько она непроста? Моя воспитанница, несомненно, меня превзойдёт. Не в магической силе, конечно. Но во всём другом она оставит меня далеко позади. Если всё сложится, из неё выйдет великая королева.

— Что за игру вы с ней затеяли? — прищурившись, я буравил Вивиарис взглядом.

— Этого, прекрасный мой эльф, я сказать тебе не могу. Сначала тебе придётся заслужить и её доверие. Не только моё.

— Так же как с тобой заслужить? — энергично подёргал я бровями.

— Если она так решит, — вновь легко отбилась от моей подколки волшебница.

— А что на счёт чистоты?

— Это должен быть её выбор. Её, не мой. Поверь, неверный выбор она не сделает.

— Понятно… Никогда бы не подумал, когда увидел её на балу, что она нечто большее, чем избалованный ребёнок.

— Королевский отпрыск должен уметь приспосабливаться. Иначе он не выживет. Амелия может легко менять маски. Может иметь множество лиц.

— Как и ты? — ухватился я за возможность. — Нарая Илири и магесса Элария так тебя и называли — ведьма со множеством лиц. Что это значит?

— Спроси у них, — засмеялась она. — Пусть объяснят. Пусть объяснят, если посчитают достойным. Ведь если ты задаёшь такой вопрос, пока достойным они тебя не считают.

— А если их ответ мне не понравится? Если после ответа, я по-другому посмотрю на тебя? Тебя это не беспокоит?

— А это тоже не мой выбор. Это выбор твой. Будет так, как ты посчитаешь правильным.

— Кошмар! Как у тебя так получается? Вроде отвечаешь, а никакой конкретики.

— Огромный жизненный опыт, — грустно улыбнулась Вивиарис, повернулась, вновь упёрлась подбородком в моё плечо и поцеловала в щёку. — Тебе нужно знать лишь то, что я никогда не предам того, кто мне дорог. Никогда не обману и всегда приду на помощь. Где бы я не находилась, я всегда буду думать о тебе, — очень знакомо добавила она, чем вызвала лёгкое пощипывание в моё носике. Я, кажется, даже расчувствовался.

— Ты знаешь, — всё же я решил рассказать ей то, чего не стал рассказывать вчера. — Я сдружился в графом Лаури.