Учителю-классруку подобные способы не годятся, потому что нужно завоевывать не интерес, а уважение — а для этого сразу верно себя поставить. Тот же Макаренко, например, при всей своей гениальности, в какой-то момент хватал пистолет и грозил воспитанникам самоубийством — до такого лучше все-таки не доводить. У мэтра российской педагогики, конечно, обстоятельства были исключительные. Но если перед тобой не колония малолетних преступников, а сам ты не перебиваешься с хлеба на воду в отсутствии всяких ресурсов, лучше все же с самого начала показать себя мужиком (ну или теткой) без нервов, у которого не забалуешь. То, для чего в английском языке есть отличное прилагательное «no-nonsense».

Так что специально для дворников я добавил:

— Давайте-давайте, работа руками — необходима для включения в некромантию! Трупы вскрывать-то не магией будете, а вот этими вот белыми пальчиками, — я для наглядности пошевелил пятерней. — Так что уборка в подвале — самое то, чтобы натренировать брезгливость… для тех, у кого она есть.

Я ожидал, что с Маргаритой-дворянкой будут проблемы, однако девочка на удивление, хоть и морщила носик, пошла в подвал без дальнейших споров и работала… ну, не ловко, но, по крайней мере, старательно. Кажется, ей это все действительно даже показалось интересным! Или, по крайней мере, новым. Аня, разумеется, тоже не возразила. А вот «средняя» девочка, Мелисса, которую я сперва счел беспроблемной, тут же начала:

— Господин учитель, а эта швабра тяжелая…

Я прикинул размер, положил швабру на лавку, стоявшую в подвале, и рубанул ребром ладони — одно из упражнений на резкий выпад энергии, которым учила меня Ханна. И чуть ли не единственное, которое я за два года успел отработать так, чтобы каждый раз получалось без осечек. Вот и теперь получилось: примерно треть черенка швабры послушно отлетела в сторону.

Дети уставились на это с ошарашенными выражениями на лицах.

Я протянул усекновенную швабру Мелиссе.

— На. Владей. До конца года это твой личный инструмент.

— Ой, а можно мне так же? — обрадовалась Аня. — А то у меня тоже тяжелая!

Пришлось повторить на бис.

Мальчики пошушукались, потом Жан спросил:

— Господин учитель, это какая-то магия?

— Всего лишь сила рук, — пожал я плечами. — Кстати, некроманту тоже полезно. Где сила — там и выносливость. Где выносливость — там мощные заклятья. Еще физические упражнения дают хорошее настроение, а некромантам это особенно важно. Так что с завтрашнего дня мы с вами и зарядку делать начнем.

Мальчишки после этого убирались в подвале вообще без звука, а вот на Мелиссу, кажется, фокус впечатления не произвел. Она еще несколько раз подходила ко мне с похожим нытьем:

— Господин учитель, а эта тряпка не отжимается…

— Господин учитель, а я занозу посадила…

— Господин учитель, а мне холодно…

Ответы у меня были короткие:

— Отжимай сильнее.

— Занозу вытащу, когда закончим.

— Никому не холодно, а тебе холодно. Потому что ты не работаешь, а ноешь. Давай-ка энергичнее. Или хочешь сказать, что ты успеешь сделать меньше, чем маленькая Анна?

Сработало! Мелисса, надувшись, отстала и работала вместе со всеми, больше не требуя для себя особого отношения.