Мелвилл заерзал на стуле так, словно угодил в сеть и силился из нее выбраться.

— Никто! Это я! Я сам!

— Значит, вы признаетесь и в том, что убили Брайана Уоллеса?

— Да вы что! Вы же сами знаете, это не так!

Сэр Айвори подошел к Джейн Уоллес, наблюдавшей за их разговором с нескрываемым изумлением. И спросил:

— А вы, мадам, что скажете?

— Боже мой, что же вы хотите от меня услышать? Я верю господину Мелвиллу, и, если он говорит, что отнес Чжану книгу, поскольку счел это необходимым, значит, так оно и есть.

— Уважаемая госпожа Уоллес, поговорим, с вашего позволения, об этой книге.

— Пожалуйста, если угодно.

— Лейтенант Финдли, будьте любезны, принесите ее. Итак, вот книга, которую мы со старшим инспектором и лейтенантом Финдли нашли у Вэнь Чжана под матрацем. Как видите, на обложке изображения восьми ценных предметов. Это так называемые восемь конфуцианских ценностей, точно таких же, какие лежали на постели Брайана, за исключением коробочки с жемчужиной — ее благополучно украл господин Мелвилл, когда было обнаружено тело.

Присутствующие с любопытством воззрились на книгу.

— Замечательно, — продолжал сэр Айвори. — Вэнь Чжан, будьте добры, скажите, как она называется…

Дворецкий внимательно поглядел на обложку, потом сказал:

— Прошу прощения. Вэнь Чжан не может прочесть…

— Мисс Ли, тогда я прошу вас сказать нам название этой книги…

Девушка взяла ее, повертела в руках и, вернув сэру Айвори, сказала:

— Я тоже не могу сказать, что тут написано.

— Понятно, — торжествующе произнес сэр Айвори. — Хотя мисс Ли и Вэнь Чжан прекрасно читают по-китайски, они тем не менее не могут разобрать, что написано здесь на обложке. И это неудивительно: иероглифы-то японские!

И снова это вызвало изумление у присутствующих.

— Постановщик этого спектакля не обратил внимания на несходство китайских и японских иероглифов. Он решил, что книга китайская, поскольку на ней изображены восемь упомянутых предметов. Но вот досада! Это трактат некоего Исамуси о значении числа восемь в китайской традиции…

— Но что это меняет? — спросил Мэтью Эттенборо.

— Это доказывает, что тот, кого я называю постановщиком, не китаец. Иначе он не допустил бы такой промашки. С другой стороны, это подтверждает еще один немаловажный факт: книгу взяли из исторической библиотеки замка. Взгляните на штамп на форзаце. Это — штемпель Британской библиотеки.

— Действительно, — подтвердил старший инспектор. — Кто же из здесь присутствующих имел доступ в библиотеку?

Госпожа Уоллес нарушила молчание:

— Разумеется, я, поскольку у меня есть на это разрешение и ключ, кроме того, только я знаю код безопасности. А еще мисс Бартон, сотрудница Британской библиотеки.

— И время от времени вы, мадам, берете книги из исторической коллекции и приносите их в эту часть замка, чтобы почитать? — спросил сэр Айвори.

— Иногда такое случается.

— С этой книгой было то же самое?

— О, — сказала она, — ума не приложу, зачем мне могла понадобиться книга на японском…

Сэр Малькольм подошел к креслу, в котором сидела Джейн Уоллес.

— Мадам, прошу вас, хорошенько подумайте, прежде чем ответить вот на какой вопрос. Почему, когда вскрыли завещание лорда Роберта, вы были решительно не согласны с одним из его волеизъявлений?

— С каким именно, сэр Малькольм?

— С тем, согласно которому Вэнь Чжану причитались ферма и круглая сумма для обустройства на новом месте…

— Ах, вы уже знаете… Ну хорошо, скажу честно.