Он хмыкнул и оскалился.

— Вообще-то можешь, если разорвешь все свои Связи.

От слов отшельника внутри все сжалось. Было очень трудно не начать тяжело дышать, не раскрыть изумленно глаза — сохранять полную невозмутимость на лице. Однако я уже поднаторел в актерской игре. Как бы ни холодело сердце, я казался полностью уверенным в себе.

И все же, неужели он хочет лишить меня всего? Достойное наказание для врага — забрать последователей и сделать чуть ли не рядовым членом своей армии.

Черт, он хочет, что б я стал Дружинником одного из его Стражей?

Да нет, бред…

— На мой взгляд, Господин Вязий, — заговорил я, — таким способом вы заметно меня ослабите, а значит сделаете менее ценным для вас.

— Ты немного ошибаешься, бастард, — мотнул головой отшельник. — Возможно, без Стражей лично ты станешь чуть сильнее, но в целом ты прав. Поэтому я предлагаю тебе и твоим Дружинам пока только роль наемников. Поступите в подчинение к Господину Хульгуру, командующему войсками клана в Адритоне. Срок контракта два месяца с возможностью пролонгации. Также контракт закроется, если раньше объявят о завершении нашей миссии в Адритоне. На эти два месяца я нареку тебя Претендентом, чтоб тебе не докучали паладины Великой Инквизиции. Однако на большее не рассчитывай.

Я ловил каждое его слово, однако понимал не все. Что еще за «Претендент»? Спросить? Или важно покивать?

— Понял, — моя Индивидуальная способность подсказала выбрать второй вариант. — Могу я узнать, Господин Вязий, какая будет оплата за услуги наемников?

Отшельник вновь оскалился, демонстрируя острые клыки.

— Наглеешь, бастард?

— Нет, Господин Вязий, — я отрицательно покачал головой, — просто обсуждаю контракт.

— Оплатой будут те земли в Голлее, что уже захватили повстанцы, — проговорил он. Я в очередной раз убедился — слова Мадтеона заранее продуманы. Он знал от и до, что именно станет предлагать мне, и что требовать взамен. Подача же информации — смесь дипломатической игры и внутреннего гнева отшельника. Да, сто процентов, будь у его клана все в порядке, меня бы давно убили. Но раз уж мы сотрудничаем, он поступит по чести. К чему Осевому аристократу портить имидж и ради мелочи обманывать простолюдина? Свои же засмеют.

Мне хочется так думать, так и подсказывает чуйка. Однако не слишком уверенно она это делает.

— По праву Владетеля, — продолжал он, — я передам их тебе в аренду на год. Можешь собирать там ресурсы, накапливать Влияние. Решение о пролонгации приму по истечении срока аренды, исходя из твоего поведения. Короля Эдгейта я попрошу приостановить военные действия, но и повстанцы должны поумерить свой пыл. Мне не нужна эта бесполезная война.

— Ну а что с гулями, которые будут бежать от рабства в Голлее в Край, Господин Вязий? — задал я очень неприятный вопрос.

По сути, он позволяет мне «пастись» на его землях. Подчиненные Лисанны верят в меня, стало быть, и Влияние будет идти мне. «Пастбище» расширяться не будет, но все новые и новые «травы» захотят расти на нем. Гули не верят в Создателя (читай Вязия) и от них пользы ему нет, однако не поколеблет ли это веру в бога у обычных рабовладельцев в Голлее? И не захотят ли те вернуть свое добро?

И снова война. А значит смерти, и вмести с ними естественное уменьшение количества верующих.

— Король издаст указ, в котором назначит приемлемую цену за выкуп раба, — ответил Вязий. — Если ее оплатят владельцу, тот не посмеет удерживать гуля в рабстве. Но и твои повстанцы должны будут отказываться принимать беглецов. Только за выкуп. Это мое требование.

Что ж, логично, вот и нашлось, чем Лисанна может заняться в ближайший год вместо войны — пусть взращивает хорошие отношения с другими государствами и развивает экономику, нужно же где-то деньги брать для выкупа рабов.