— Говорю же, я чувствую себя пьяным, — сказал он, не поднимая головы.

   От стаканчика вина?.. — подумала Рейчел. Из чего только делают сейчас шерифов…

   — Может быть, это приступ головокружения?

   Он покачал головой, медленно, и даже слегка застонал.

   — Я не страдаю головокружениями.

   — Может быть, это однократный приступ.

   Он поднял голову, но явно не чувствовал себя лучше.

   — Никогда о таком не слышал.

   — У моей тетки такое бывает. Посидите спокойно пару минут, может быть, пройдет.

   — Думаю, мне лучше прилечь.

   О боже, только не это! — пронеслось у нее в голове. Но прежде чем она смогла что-то возразить, Райли лег на кушетку, закрыв рукой глаза от света, и через минуту уже крепко спал.

   — Невероятно, — пробормотала Рейчел. На этот раз была ее очередь покачать головой. Еще не было десяти вечера. Райли заснул явно надолго. Она тяжело вздохнула. И что теперь? Ей нужно было сделать еще несколько телефонных звонков, но, похоже, на сегодня все отменяется. Не очень-то тут поболтаешь, когда в двух шагах похрапывает представитель закона. Выбора, в общем-то, не было. Ей оставалось только прибраться, накрыть одеялом свалившегося на ее голову стража порядка и отправиться спать самой.Хорошо еще, что она привезла книгу и есть что почитать. Больше делать все равно нечего.

   Через пятнадцать минут она уже залезла в постель. Из соседней комнаты доносился храп Райли, способный и мертвого поднять на ноги. Рейчел, может быть, и не ждала особых домогательств с его стороны, но для ее женского самолюбия оказалось неприятным сюрпризом, что человек, считающий ее особой достаточно легкого поведения, совершенно не был заинтересован ею.

   Рэйчел прогнала грустные мысли и открыла книгу, стараясь не обращать внимания на громкий храп, раздававшийся, казалось, над самым ухом. Да, похоже, ночь будет длинной.

   Пробуждение было медленным и мучительным. От неудобной позы затекли и болели шея, нога, бок. Голова прямо-таки раскалывалась. Первые несколько минут Райли неподвижно лежал с зажмуренными глазами и удивлялся, куда его занесло и кто мог

   устроить ему такую трепку. Он, ведь, кажется, не сделал ничего настолько плохого, за что его могли отдубасить подобным образом.

   Постепенно в его помраченное сознание проникали сигналы из внешнего мира: аромат готовящегося кофе, шкворчание бекона на сковородке, шершавость одеяла и звуки песенки, которую какая-то женщина мурлыкала себе под нос. Такое нашествие странных ощущении вынудило его рискнуть и открыть один глаз. Правда, он тут же зажмурился — даже слабый свет утренних сумерек раскалывал голову на части. Глубоко вздохнув, он предпринял новую попытку, на сей раз действуя медленно и осторожно. Получилось. Один глаз открыт. Наверняка ему удастся открыть и второй. С немалыми усилиями, после нескольких попыток, ему удалось и это.

   Но, даже открыв глаза — ну, приоткрыв, — он все еще ничего не понимал. Окружение было довольно убогим. Даже его собственная квартирка, которую никак нельзя назвать образцом комфортности, была гораздо уютнее. Где же он все-таки находится, и какого черта…

   — Вот вы и проснулись.

   Голос был женский. Это поразило его, потому что с самого приезда в Вэллес-Каньон Райли не вступал ни в какие взаимоотношения с женщинами. И сейчас, проснувшись неизвестно где и слыша этот голос, он был, мягко говоря, сбит с толку.