Но Райли не опустил ее на пол, а взял на руки, обхватив за спину и под коленками. Сначала, не сообразив, что произошло, Рейчел испуганно ухватилась за него, но потом засмеялась, вызвав его ответный смех.

   Приступ веселья исчез так же быстро, как и появился, сменившись порывом желания. Оба синхронно потянулись друг к другу и соединили губы в поцелуе. На этот раз не было дразнящих, едва ощутимых прикосновений. Райли приник к ней со всем нетерпением мужчины, долгое время не касавшегося женщины, и Рейчел, изголодавшаяся не меньше, ответила ему с той же порывистостью. Краем глаза она заметила, что они куда-то перемещаются, но ей было все равно. Для нее сейчас было важно одно — быть вместе с Райли. Где бы он ни находился, она должна быть рядом с ним, и больше ничего не имело значения.

   Как и следовало ожидать, он принес ее в спальню, уложил на постель и сам опустился рядом. Рейчел обхватила его руками и подтянула поближе, опрокинув на себя, и слегка изогнулась навстречу ему.

   Ощущать его близость было восхитительно, и горячая волна прокатилась по ее телу. Он касался ее везде, где ей того хотелось, проводя пальцами по ее волосам, лицу, рукам, груди, бедрам. Рейчел тоже не теряла времени даром. Она запускала руки ему в волосы, обнимала за плечи, гладила по спине и ногам. В ответ Райли целовал ее все крепче. Она сцепила руки у него за спиной, чтобы подтянуть его еще ближе, хотя они уже были прижаты друг к другу так тесно, как только могут прижаться два человека.

   Тем не менее Райли исхитрился просунуть руку между их телами и начал расстегивать ее рубашку. На периферии ее сознания включился какой-то предохранительный механизм, призывающий быть осмотрительной, подождать, подумать о последствиях. Но то, что они делали, было так замечательно, так естественно, что Рейчел совершенно не собиралась задумываться над этим. Она не слушала никаких предупреждений занудного внутреннего голоса, и, в конце концов, он начал стихать и пристыженно замолк.

   К тому времени, как Райли совсем расстегнул ее рубашку, она только принялась за дело. Несмотря на переплетенные руки, ему удалось распахнуть на ней рубашку. Под ней у Рейчел была очень практичная, но ужасно некрасивая сорочка, белая в желтый цветочек. Нечто подобное она носила еще в детстве. Она мысленно застонала, сожалея, что заранее не догадалась надеть что-нибудь обтягивающее, черное и шелковистое. Такой мужчина, как Райли, наверняка ожидал чего-то подобного.

   Но, похоже, такой выбор белья его нисколько не разочаровал. Он, наверное, и не обратил внимания на ее сорочку, потому что в это время стаскивал с нее рубашку. Она по мере сил помогала ему в этом нелегком деле, приподнявшись на кровати, чтобы он мог наконец освободить ее от рубашки, которая в результате полетела на пол. Все это время Рейчел не прекращала работать над его одеянием. Наконец она справилась со всеми пуговицами. Райли быстро освободился от рубашки, которая тоже полетела на пол. Долгую секунду после этого он молча стоял на коленях на кровати, между ног Рейчел. Они смотрели друг на друга, и оба тяжело, прерывисто дышали.

   В его глазах Рейчел увидела такой голод, такое неудовлетворенное желание, что, потрясенная, некоторое время не могла ни двигаться, ни говорить, а молча лежала и смотрела на него. Он стянул с себя футболку и бросил на пол. Она залюбовалась его мускулистым торсом, сильными, крепкими руками. Райли прямо-таки излучал силу и уверенность. Ее ошеломили его страсть, вид, запах.

   Он улыбнулся улыбкой человека, знающего, что он собирается делать.

   — Не люблю я эту зиму, — пробормотал он, наклоняясь к ней. Он ухватился за ее сорочку и начал высвобождать ее из джинсов. — Слишком много одежды приходится надевать.