Искандер лягнул Чанбу ногой под столом, но было поздно. Дородный побледнел и навалился на стол, попирая доски внушительными кулаками.

– Я тебе не раб, варвар, – прорычал он, – чтоб пирожки печь!

– Ты чего?! – изумился Эдик.

Искандер вскочил из-за стола.

– Не обращай внимания, уважаемый! – затараторил он. – Это варвар из далекой Сарматии, он не знает римских обычаев, ты уж извини его!

Дородный посопел, гневно зыркая на Эдика, и вернулся на кухню, бурча: «Понаехало этих варваров… Ходют тут в штанах…»

– Что за дела?! – спросил Эдик, закипая. – И чего было пинаться?

– Того! – сердито сказал Искандер. – Ты оскорбил римлянина!

– Да я ж его похвалил!

– Вот именно! А для истинного гражданина Рима всякое ремесло – занятие низменное, достойное только рабов! Понял?

– Понял… – буркнул Эдик. – Ну и порядочки…

– А ты думал! – хмыкнул Лобанов.

Поданное вино действительно было фалернским, хотя и разбавленным чуток.

– Ну, поехали! – сказал тост Гефестай и выглотал хорошую порцию.

Товарищи его поддержали. Выпили, закусили.

– Не знаю, как вам, – объявил сын Ярная, сыто жмурясь, – а мне здесь нравится!

– Здесь или сейчас? – уточнил Эдик.

– А мне все нравится! И время, и пространство! Рим мне по душе, красиво тут, и вообще…

– Чисто в этом времени, – вздохнул Искандер, – не загадили его еще, природа почти что нетронута… Видали, как ночью светло, даже если луны нет? Звезды светят, и все видно! Знаете, почему? Воздух тут очень чистый!

– Это все фон, товарищи гладиаторы! – лениво проговорил Сергей. – Думаете, зря я в преторию подался? Ты, Искандер, врач, мы с Эдиком – механики, Портос у нас химик и геолог. И кто мы были в том времени? Рядовые спецы! А здесь мы можем добиться… господи, да чего угодно! Станем хоть кем! Это же империя, парни, им-пе-рия!

– Для начала надо воли добиться, – трезво заметил Искандер, – а потом уже…

– Мелко мыслишь, Тиндарид! – перебил его Эдик. – Лично я мечтаю… Хм. Что же я там лелею? Ну хоть префектом заделаться, что ли!

– Хоть! – с негодованием воскликнул Искандер. – Префектами всадники становятся, а ты кто?! Гладиатор! Так что сиди и не рыпайся!

– Буду рыпаться! Всадник… Ха! Да я до сенатора дорыпаюсь, понял?! Как говорил мой дед Могамчери: «Мечтай, внучек, не о том, чего добиться можно, а о несбыточном! Не скромничай в желаниях!»

– Поддерживаю! – поднял руку Гефестай.

– Мне кажется, уже три… – заметил Лобанов, поглядывая на солнце.

Искандер кивнул и позвал:

– Хозяин! Сосчитаемся!

Агатон явился сей момент, как дух медиуму.

– У тебя было два секстария вина, – забубнил он, чиркая стилом по навощенной дощечке, – и хлеба на два асса…

– Так.

– Закуски на шесть…

– Так.

– С тебя четыре сестерция и один асс!

– А асс за что? – нахмурился Искандер.

– За обслуживание!

Ворча, Тиндарид отсчитал семнадцать ассов.

– Пошли! – сказал он сердито.