Когда достигли очередной развилки, я вновь выбрал юго-западное направление и на этот раз ошибся. Оно привело нас в большую пещеру естественного происхождения, которая оказалась тупиковой. Из нее не было никаких других выходов. Придется возвращаться назад, к развилке, теряя время. Но, все равно, нам надо хоть немного поспать. Накануне, наша охота потребовала от нас с Хоркисом немало сил. Трудно ловить мелких шустрых змей и ящериц, лазая по камням то вверх, то вниз. Поиск Эли на всех уровнях поселения тоже не назвать легким. Мы, вот уже вторые сутки, на ногах, и непросто на ногах, а с большой физической нагрузкой. Я-то могу еще поддержать себя магией, но Хоркис уже спотыкаться начал.

— Хоркис, давай здесь укладываться спать. Нам требуется отдых, — сказал я, уже раскрывая свой рюкзак и доставая спальный мешок.

— Нет, я еще могу бежать, — заупрямился орк.

— Я знаю, — успокоил я его самолюбие. — Но рано или поздно, все равно, придется делать привал, а здесь место подходящее.

Я смог усыпить себя только с помощью магии, уговаривая себя, что отдых нужен, иначе я потеряю скорость и выносливость во время бега.

Короткий, тревожный сон не принес мне заметного улучшения. Разбудил орка, и мы бегом вернулись к развилке, продолжив путь по другому туннелю. Этот путь тоже привел нас в пещеру. Здесь нас ждал прямо противоположный вариант. Выходов из этой пещеры было много — девять, не считая того, по которому мы пришли. Как разобраться в этом запутанном лабиринте?

Снова стал сканировать каждый выход, досадуя на значительную потерю времени. Следов Эли не нашел. Определил, что три прохода отпадают сразу, недавнее землетрясение обрушило их своды и они непроходимы. Один проход уходит слишком на север. Два, на некотором удалении, сливаются в один. Остаются четыре. Ошибусь — опять потеряю время. А что там с моей Малышкой произойдет за это время? От злобного бессилия и мучительной неизвестности хотелось крушить все вокруг.

По моему сбившемуся дыханию, Хоркис понял, что я опять не в порядке. Демонстрируя мне свое сочувствие и поддержку, орк положил руку мне на плечо и, подбадривая, сказал:

— Александрэль, успокойся. Мы обязательно ее найдем. Даже если ты ошибешься на этот раз в выборе направления, мы вернемся и пойдем другим путем. Мы двигаемся с гораздо большей скоростью, чем они, и рано или поздно их настигнем.

Я согласно кивнул, и тихо прошептал сам себе:

— Лишь бы не поздно…

Ладно, буду заходить в каждый проход из оставшихся четырех и, продвигаясь по нему на небольшое расстояние, внимательно осматривать. Может, где-то пыль осела, и на ней следы увижу.

Оставив Хоркиса сидеть в пещере, стал обследовать каждый туннель. Везде меня ждало разочарование. Слишком высокая влажность, нигде никакой пыли нет и следов тоже нет.

В последнем, четвертом проходе, пройдя всего несколько шагов, почувствовал что-то. Что? Не смог понять. Стал принюхиваться, присматриваться и обследовать каждый кусочек поверхности свода, стен, пола. И именно на полу увидел практически незаметную, крошечную пуговичку от туники Эли. Сердце радостно застучало. Как хищный ящер к добыче бросился я к ней. Концы повисшего на пуговице маленького обрывка ниточки рассказали мне о том, что нитка была перетерта чем-то твердым, наверное, камушком.

Какая умная и ловкая мне досталась женщина. Есть чем восхищаться и гордиться. Сообразила мне подсказку оставить именно там, где она больше всего была нужна. Не представляю даже, как сумела-то сделать это незаметно, ведь Фед наверняка с нее глаз не спускает.

Просканировал этот проход вперед насколько возможно. Эли не чувствую. Ненавистные горы! Я в них как будто слепой и глухой.