Ричард пожал плечами, приблизился к Мег и взял у нее из рук лопату.

– Несколько дней назад Мэтью жаловался, что южное поле разоряют грачи, вот я и решил помочь.

Они уже вплотную подошли к пугалу. Ричард основательно потрудился, отметила Мег. Пугало получилось на славу – рослое, плечистое.

– Думаю, оно будет иметь успех, – несколько сухо похвалила работу Ричарда Мег. – Во всяком случае, меня оно изрядно перепугало.

– Мне жаль, что так получилось, – с чувством произнес Ричард. – Но я не ожидал, что кто-нибудь окажется по близости так рано. – Он окинул Мег теплым взглядом. – Не могли заснуть?

Мег кивнула. Он беспокоится о ней. Ей вдруг отчаянно захотелось спрятаться у него на груди, прижаться к ней и слушать, как он говорит ей, что все будет хорошо. Ничему этому не бывать. Не бывать никогда.

– Как видите, мне тоже не спалось. – Он коротко хохотнул: – И очень кстати, иначе этому парню досталось, бы сполна.

Мег тоже наконец улыбнулась, но чувство опустошенности не проходило. Тоска, нежность, желание – все смешалось в душе Мег. Ричард де Кантер каким-то образом сумел вернуть ее в мир чувств. В мир, который, как ей казалось, был потерян для нее навсегда. Мег не могла больше себя обманывать: общество Ричарда приносит ей удовольствие и покой. Это открытие напугало Мег.

Казалось, Ричард ощутил ее беспокойство, а может быть, и сам почувствовал нечто подобное, он глубоко вздохнул, отвернулся и стал смотреть на светлеющее небо.

Мег знала, что любые слова только увеличат неловкость, а потому она молчала, вместе с ним подняв голову к синему куполу, на котором еще не исчезли звезды, а с востока уже набегала череда золотисто-розовых облаков. Мир был так хорош, что у Мег дрожь пробежала по телу.

– Вы замерзли! – воскликнул Ричард, когда перевел взгляд с неба на Мег.

В его глазах ей почудилось странное выражение, от которого что-то шевельнулось у нее в сердце. Он смотрел с такой заботой, такой нежностью… Да-да, с нежностью! Мег знала, что не ошиблась.

Ричард медленно поднял и развел руки, приглашая ее в тепло под своей накидкой. Мег колебалась. Стальная броня, которой она защищала сердце все эти три страшных года, сдерживала желание быть с ним рядом, быть вместе с ним.

Ричард как будто снова прочитал ее мысли.

– Мне тепло, а вам холодно. Согрейтесь под моим платом. В этом нет ничего дурного. Вы боитесь? – Но тут его взгляд сверкнул опасным огнем. – Обещаю, я буду сдерживаться и не позволю себе поцеловать вас, как сделал тогда на кухне.

– А если я этого не хочу?

Вопрос сорвался с ее губ прежде, чем она успела захлопнуть рот. Огонь в глазах Ричарда разгорелся ярче.

– Не хотите чего?

– Чтобы вы сдерживались. – Мег облизнула вдруг пересохшие губы и, не давая себе задуматься, безрассудно продолжала: – А если я хочу, чтобы вы снова меня поцеловали?

– А вы правда хотите? – От этого простого вопроса у Мег подогнулись колени, столько в нем было чувственной жажды.

– Я… я не знаю.

– Почему?

– Потому что я боюсь. Боюсь, что неприлично хотеть этого. Пусть даже я знаю, что вы с Элинор… Что вы не…

– Что мы с Элинор последние шесть лет только формально состояли в браке? – спокойным тоном закончил он, не отводя от Мег взгляда. – В этом вы правы.

Ричард приблизился к ней на шаг, потом сделал еще один, потом подошел так близко, что Мег чувствовала жар его тела, хотя они не касались друг друга.

– Вполне возможно, что мои чувства к вам в данный момент, мадам, могут быть не одобрены обществом.