И дело было вовсе не в том, что ее там не принимали. Пожалуй, наоборот. Ее внешность, особенно фигуру, давно уже отметили несколько весьма авторитетных ребят в школе. Ей не очень хотелось в этом себе признаваться, но она это знала. То есть в этой компании Кейти Тиндел давно уже присвоили своеобразный знак качества. Девушкам тоже пришлось с этим смириться. Другая бы расценила это как победу, но только не Кейти. Для нее, пока она не достигла чего-то существенного, было проще и спокойнее, да и безопаснее тоже, двигаться где-нибудь по обочине.

Но внимание самого Джекоба Тэлбота заставило ее поспешно пересмотреть свои принципы.

— Я… даже не знаю, — неуверенно проговорила Кейти, боясь, как бы он вдруг не обиделся. С одной стороны, появляться в доме Трея, где она никогда не была, казалось Кейти почти нахальством. С другой — ей необходимо было как-то добраться потом до дома. Тратиться на такси она не собиралась. В данный момент ее ждала в своей «тойоте» Андреа.

— Решайся, — сказал Джейк, как будто прочитав ее мысли. — А после я отвезу тебя домой.

— Ну, в таком случае ладно, — согласилась она, стараясь не выдать восторг.

— Мне надо переодеться. Встретимся через полчаса?

— Прекрасно.

— Где ты живешь?

И тут Кейти пожалела, что поспешила принять приглашение. Представив, как Джейк в своем черном «корвете» с откидывающимся верхом затормозит перед их домом, она вздрогнула. Слишком уж непрезентабельный это был квартал. Кроме того, ей не хотелось стоять у раздевалки и ждать, пока он сменит одежду.

— Сейчас меня ждет подруга, я поеду с ней. А ты, если хочешь, приезжай за мной. — Она скороговоркой выпалила свой адрес, повернулась и пошла к стоянке.

Возможно, ее поведение показалось ему странным, ну так это его проблемы.

Дома у нее тоже возникли некоторые осложнения. Мать с отцом, как и обычно, сидели уткнувшись в телевизор. Кейти хотела незаметно проскользнуть в свою комнату, но мать заметила ее.

— Ты почему не на работе?

— Я… нашла себе подмену, — пробормотала Кейти. Мать кивнула и отвернулась к телевизору. Кейти поспешила исчезнуть в своей комнате, плотно закрыв за собой дверь. Она и родители существовали в разных, совершенно изолированных, несообщающихся сосудах. У нее с ними не было никаких отношений. Буквально. Ни на каком уровне. И у них с ней тоже. Причем с ее стороны это не было юношеским бунтом. Просто они проявляли к ней интереса не больше, чем к мебели на кухне. Сначала она страдала, особенно когда видела, какое участие в жизни своих детей принимают родители ее одноклассниц. А потом привыкла. Теперь же это обстоятельство вообще ее не тревожило. Они были к ней равнодушны, и она отвечала им тем же. Кейти уже давно дала себе клятву, что, если у нее когда-нибудь будут дети, они никогда не будут чувствовать себя одинокими. Кейти окружит их любовью и заботой.

Кейти посмотрелась в зеркало. Попробовала пригладить волосы щеткой (они были убраны в хвостик) — не получилось. Тогда она сняла резинку, причесалась и снова надела. Пожалуй, нужно еще наложить тени и немного подвести глаза. А губы чуть смазать блеском. Она посмотрела на свою белую безрукавку с круглым вырезом и шорты из плотной хлопчатобумажной ткани. Можно оставить. Белые кроссовки были надеты на босу ногу. Кейти заметила эластичный бинт, охнула и быстро его размотала. Лодыжка была немного припухшей. Чтобы как-то прикрыть красноту, она застегнула ножной браслетик, который нежно позвякивал при ходьбе.