– Увидимся в два.

Деметрио смотрел ей вслед. Она была права в своих подозрениях, он продолжал лгать ей и запутался.

Но пока история с разоблачением Каттанаски не закончится, я должен хранить тайну.

Этот человек вызывал у Деметрио неприятный зуд в ладонях, так ему хотелось расквасить его ухмыляющуюся физиономию. Деметрио вспомнил их разговор в кафе.

– Что-то ты невесел, мой юный друг, – маленький человечек распылял вокруг себя сочувствие и понимание так явно, что даже и слепой бы заметил.

– И вы бы горевали на моем месте, – подыгрывая ему, сокрушался Деметрио. – В кармане последняя сотня евро и ни один банк не дает кредит.

– Так проблема в деньгах? – вздохнул Каттанаска, накрыв старческой ладонью руку Деметрио. – Я помогу, как помогаю другим людям в подобных ситуациях. О какой сумме идет речь?

– О сотнях, синьор. Вы оказались правы, восстановление виллы стоит целое состояние.

– Тысячи – не проблема, мой мальчик. Уверен, мы достигнем консенсуса.

Старичок предложил сумму за проценты, которые через тридцать дней удваивались, а через шестьдесят – утраивались.

– От тебя требуется конфиденциальность, – закончил он. – И залог.

– Как насчет моего грузовичка?

– А как насчет виллы?

Негодяй! Сколько бедных душ ты разорил и довел до самоубийства?

– Я не могу рисковать виллой.

– Так ты уже сделал это, Деметрио, – возразил Каттанаска. – Что ты думаешь, произойдет, когда кредиторы начнут требовать возврата долга?

Старик затрясся от смеха. Если бы подвернулось под руку что-нибудь острое, вонзил бы в это алчное сердце.

– Не переживай, – Каттанаска махнул официанту и заказал два «эспрессо». – Это не конец мира, мой друг.

Старик вытащил из дипломата бумаги.

– Я бы мог подумать, что вы не просто так присели за мой столик. Вы отлично подготовились к нашей встрече, – сказал Деметрио, листая контракт.

– Я всегда готов прийти человеку на помощь, – ухмыльнулся Каттанаска. – Скоро свяжусь с тобой. Мне нравится курировать свои инвестиции. И, кстати, я пошлю тебе своих рабочих.

Он звонил несколько раз, договаривался о встречах. Деметрио собирал информацию, запоминал хитроумные комбинации со счетами и бумагами и… исправно ставил в известность полицию.

Два дня в неделю, по приезде всех этих дельцов, Деметрио отсылал Натали с виллы, потому что не мог объяснить ей внезапное появление незнакомых людей с неприятной наружностью, а вслед за этим и подвоз дорогого стройматериала.

Он знал, что балансирует над пропастью: кутерьма вокруг очень напоминала ему сферу деятельности деда, и ему все труднее было скрывать свое отвращение к происходящему. Каттанаска слыл прожженным аферистом, и иметь такого врага было очень опасно, но Деметрио всегда считал риск делом благородным.

– Эй, Бертолуччи! – снова крикнул мужчина в спецовке. – Вы обещали обозначить фронт работ.

– Идите домой, – махнул Деметрио рукой. – Забирайте свой инвентарь и можете не возвращаться.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

После поездки на Капри их отношения стали более доверительными, и Натали радовалась, что ссора помогла им укрепиться в своих чувствах.

– Я нанял квалифицированных рабочих, они закончат реставрацию. Прежде чем ты спросишь о деньгах, скажу: у меня есть бонусы, которые покроют мои расходы, – объяснил он.

Несколько дней спустя прибыли два огромных зеленых грузовика с золотыми надписями на дверях «Эмеренция кострузион».