Малкольм наблюдал за строительством с нижней веранды, и на сей раз не Роберт, а он сам то и дело прикладывался к виски. Когда к нему на веранде присоединились Ленора и ее отец, он искоса посмотрел на них, как бы провоцируя на замечание, которое сорвало бы клапан с его едва сдерживаемых эмоций. Но они благоразумно промолчали.

Чем дальше, тем больше берег обживался. К первой группе присоединились другие члены команды. С корабля и из города доставлялись все новые вещи. Появилась красивая мебель, персидские ковры, зеркала, личные вещи Эштона. И даже ванна! Когда ее выгружали из фургона, Ленора едва удержалась от смеха, а Малкольм еще больше помрачнел. Казалось, у него сейчас дым из ушей пойдет от злобы.

Неподалеку установили палатку поменьше для Хикори и лошадей. Он появился ближе к полудню с двумя фургонами. В одном был изрядный запас сена, в другом — доски для загона. Проходя мимо дома, Хикори растянул рот до ушей в улыбке. Малкольм издали разглядел обнажившиеся белоснежные зубы и буквально задохнулся от переполнявшего его возмущения.

— Нельзя здесь держать этого грязного ниггера, — прошипел он. — Он нас до нитки обчистит.

Изумрудные глаза посмотрели на него с откровенным презрением, а губы изогнулись в мягкой улыбке:

— Хикори — честнейший человек, Малкольм. Вам нечего его опасаться.

Малкольм кисло отмахнулся.

— Да, он вроде тех, кого Уингейт нанял в свою команду. Одна шайка. Страшно подумать, что они могут сотворить. Шериф Коти должен предпринять что-то, пока здесь эта банда, — он кивнул в сторону «Русалки», затем перевел взгляд на палатку, — и этот болван Уингейт.

Ленора легко могла представить, какую за ней устроят слежку, пока Эштон неподалеку. Если бы это не было так грустно, пожалуй, это было бы смешно.

— Надеюсь, вы не будете чрезмерно утруждать себя, Малкольм?

— Помилуйте, мадам, о чем вы говорите? — Он словно бы не заметил сарказма. — Вы слишком дороги мне, чтобы подвергать вас малейшему риску. — Он подумал, как свежо и элегантно выглядит Ленора в этом своем кремовом платье с кружевной оборкой, и особо отметил алый румянец на щеках. Можно было бы объяснить столь тщательный туалет близостью того, другого мужчины, только ведь она всегда отличалась безупречным вкусом в подборе нарядов, точно зная, что ей идет. Правда, румянами она до появления этого типа не пользовалась.

— Похоже, вы оправились, мадам, — заметил Малкольм.

Ленора испытала сильное искушение ответить, что ей было бы куда хуже, если бы Эштон не пришел ей на помощь в то утро. Но вместо этого она благонравно улыбнулась в знак согласия.

— Да, сегодня мне куда лучше, чем было в последнее время, благодарю вас, Малкольм.

В глазах Малкольма вспыхнула искра ярости, он даже не успел прикрыть веки, чтобы было не так заметно. Сомертон, зажав в руке бинокль, указал зятю на матросов с «Русалки».

— Кажется, Уингейт устраивается тут надолго.

Ленора облокотилась о перила. Было видно, как, следуя указаниям Эштона, его люди высаживают вокруг палатки кустарник. Дубовые бочонки использовались для растений побольше, а по всему периметру вырастали низкие кустики, издали похожие на жасмин в цвету.